8 (499) 704-32-83
Москва

8 (812) 244-86-91
Санкт-Петербург

Заказать обратный звонок
Ежедневно с 9:00 до 19:00

Курил ли есенин


Гений не без порока. Есенин пил, Булгаков кололся, а Маяковский любил | Культура

За свой талант им приходится платить очень дорогой ценой. Чаще - здоровьем, в отдельных случаях - жизнью. Бард Владимир Высоцкий намертво пристрастился к наркотикам, танцовщик Рудольф Нуриев был нетрадиционной ориентации и, по одной из версий, таким образом заразился СПИДом, поэт Вячеслав Иванов с супругой в своей знаменитой Башне в Петербурге устраивали в 1910-х годах настоящие оргии, Александр Блок, как говорят, был хроническим алкоголиком.

Любовь и водка

А вот Владимир Маяковский, по воспоминаниям современников, пристрастия к алкоголю не имел, но зато употреблял кокаин и страдал от всевозможных маний, граничащих с помешательством. Он был невероятно, патологически брезглив и при этом без ума от всякой живности. Постоянно подбирал бездомных кошек и собак. В конце концов хозяйка квартиры, в которой жил поэт, попросила его очистить помещение от зверинца. В такую же крайность он впадал и в любви. Чего стоил один лишь «тройственный союз» - Маяковский, его самая большая любовь Лиля Брик и её муж Осип Брик. Маяковский проживал с супружеской парой в одной квартире и оплачивал все их счета. Сама Лиля уверяла, что с мужем интимные отношения прекратила задолго до того, как попала в постель к известному поэту, что Ося просто по-дружески скрашивает её жизнь. «Я любила, люблю и буду любить Осю больше, чем брата, больше, чем мужа, больше, чем сына. Про такую любовь я не читала ни в каких стихах…» - уверяла Лиля. И в то же время провоцировала поэта, чтобы держать его «в поэтическом раже». «Володя такой скучный, он даже устраивает сцены ревности!» - удивлялась она Маяковскому. Эта пытка любовью Маяковскому пошла на пользу - когда Лиля на пару месяцев отказала поэту и от дома, и от тела, потребовав, чтобы он сначала писал, а уж потом любил, измученный Маяковский выдал целую кипу шедевров.

«Шарлатан» и «скандалист» Сергей Есенин своего пьянства не стыдился: «То ли ветер свистит /Над пустым и безлюдным полем, /То ль, как рощу в сентябрь, /Осыпает мозги алкоголь». Из-за неуёмного возлияния и прилюдных скандалов Есенину даже настоятельно советовали подлечиться в психиатрической больнице. Его друг Анатолий Мариенгоф писал: поэт настолько искалечил себя выпивкой, что «от первой, утренней, рюмки у него уже темнело сознание». 

Средство от одиночества

Михаил Булгаков о своём пороке - увлечении морфием - написал рассказ «Морфий». «Михаил был морфинистом, и иногда ночью после укола, который он делал себе сам, ему становилось плохо, он умирал. К утру он выздоравливал, однако чувствовал себя до вечера плохо. Но после обеда у него был приём, и жизнь восстанавливалась. Иногда же ночью его давили кошмары. Он вскакивал с постели и гнался за призраками. Может быть, отсюда и стал в своих произведениях смешивать реальную жизнь с фантастикой», - рассказывал в своей книге Леонид Карум, муж сестры Булгакова. 

Булгаков пристрастился к морфию, будучи совсем молодым врачом, когда вместе с женой Татьяной Лаппа был назначен в провинцию земским лекарем. «У морфиниста есть одно счастье, которое у него никто не может отнять, - способность проводить жизнь в полном одиночестве. А одиночество - это важные, значительные мысли, это созерцание, спокойствие, мудрость... Мне ни до чего нет дела, мне ничего не нужно, и меня никуда не тянет» - так оправдывал свой порок писатель.

«Что с тобой, что случилось?.. У тебя, как я знаю, есть чудовищная русская привычка пить именно с горя, с тоски, с хандры, с разлуки…» - напишет в письме к актрисе Валентине Серовой поэт Константин Симонов. Жизнь одной из самых красивых женщин Советского Союза разрушил алкоголь, из-за него она потеряла семью, дочь - суд лишил Серову родительских прав, а молва - доброго имени: о ней говорили уже не как о прекрасной актрисе, но как о вконец спившейся женщине.

Увлечением Петра Ильича Чайковского были красивые юноши. Говорят, что в советские времена некоторые его письма фривольного содержания были надёжно спрятаны - чтобы не порочить облик композитора, но в период перестройки их рассекретили. Вот отрывок из якобы письма Петра Ильича Чайковского к его брату Модесту: «Представь себе! Я даже совершил на днях поездку в деревню к Булатову, дом которого есть не что иное, как педерастическая бордель, - пишет Чайковский брату. - Мало того что я там был, но я влюбился как кошка в его кучера!!! Итак, ты совершенно прав, говоря в своём письме, что нет возможности удержаться, несмотря ни на какие клятвы, от своих слабостей». По одной из версий, умер Чайковский не от холеры, как принято считать, а покончил с собой, терзаясь муками из-за своих «неправедных» увлечений.

А как у них?

Поэт Шарль Бодлер был выпивохой и покуривал опиум, Эдгар Аллан По тоже не чурался рюмки-другой, однажды так напился, что нашли его в канаве. До больницы писателя довезти успели, но не спасли. Писатель Эрих Мария Ремарк глушил душевную и физическую боль от войны алкоголем, а Оноре де Бальзак баловался… кофеином - пил по 20-30 кружек кофе в день, что врачи считали болезненной привязанностью, спровоцировавшей смертельный недуг. Льюис Кэрролл, как заверяют некоторые биографы, писал свою «Алису в Стране чудес» под воздействием опиума.

Мнение эксперта

Александр Полеев, психотерапевт: «Злоупотребление алкоголем, наркотиками, эмоциональная неустойчивость - это очень естественно для артистической среды. Потому что люди искусства создают то, чего раньше не было. Ремесленник, даже самый квалифицированный, создаёт что-то обыденное. А художник творит произведение искусства, которое должно взволновать тысячи зрителей или читателей. Это требует огромного душевного напряжения, и это напряжение истощает. Чем вылечить душевную травму? И многие берутся за бутылку... 

Они сжигают себя изнутри алкоголем, наркотиками, но прежде всего они сжигают себя творчеством. Да, у Есенина был успех, но он всё равно пил. А всё потому, что успех большой роли не играет. Что значит успех в творчестве? Сегодня ты написал хорошее стихотворение. Но ты уверен, что завтра напишешь такое же? Гарантий нет никаких. Из-за такой жизненной нестабильности человек и начинает впадать в крайности».

Смотрите также:

Есенин курит. Выпуск 1.: dennis_rodman — LiveJournal

Ну, коль уж разговор зашёл о поэзии...

Многие знают, что Рязанская земля - родина Сергея Есенина. Видимо, поэтому любой рязанский поэт гордится этим и считает, что он есть продолжатель духовного наследия Есенина. Довелось мне 2 года прожить на земле рязанской, где мне в руки попал сборник стихов Валерия Самарина "Смысл жизни". Он устроил творческий вечер для молодых милиционеров, и их в принудительном порядке обязали купить его книги. Вечер прошёл, всё забылось, книги использовали по самому разному назначению, кроме прямого. И вот однажды, когда заняться было нечем, мой хороший знакомый Роман М. взялся перелистывать страницы этой самой книги и, к моему удивлению, начал заходиться от смеха. Название и оформление книги не располагало к юмору, поэтому я с удивлением тоже присоединился к увлекательному чтению! Чтобы сильно не утомлять вас, буду выкладывать по частям, сначала стихи гения, а уж потом свои несколько пародий! ;)

***

Дворовая собака Дина
Имеет крепкий, сильный дух:
Когда совсем необходимо,
Высказывает мысли вслух.

Бывает, глянет на ворота -
Пролает зычно, но не зло:
Мол, эй, хозяин, здесь кого-то -
Зачем не знаю - принесло!

И если гость проявит спешку
Иль вдруг замнётся у ворот -
Улыбка или же усмешка
В глазах собачьих промелькнёт.

А взгляд её тяжёл и колок -
Пронзает душу, словно гвоздь.
- Собака, а какой психолог! -
Воскликнуть может каждый гость.

Людей исследует охотно.
Но есть ещё одна черта,
Довольно редкая в животном -
Собаку манит высота.

Есть искушенье: в мире звёздном
Одну иль две, иль три звезды,
Иль сотни их - вполне серьёзно
Принять за чьи-нибудь следы.

Ведь неизвестно, что там светит.
И не узнать никак - беда!
Хозяин в доме не ответит.
Он сроду не глядит туда.

И всё ей видится во мраке
Заместо звёзд звериный след -
Пожалуй, это для собаки
Вполне приемлемый ответ.

***

Однажды в детстве конюх шаткий
Решил доверить мне коня:
-Не трусь, малыш! - но сердце в пятки
Ушло мгновенно у меня.

Проехал я совсем неловко,
Но конюх крикнул: - Молодец!
Когда появится сноровка,
Ты будешь настоящий спец.

Бывали всё-таки минуты
Плохие в жизни у меня,
Но в трудный час душевной смуты
Я вспоминал того коня.

И вот опять явилось взору
Виденье из эпохи той:
Я забираюсь, как на гору,
На спину лошади крутой...

***

Ужасное четверостишие:

Посылает морозы Сибирь.
Синих рек закрываются книжки.
Но летит на рябину снегирь,
Как счастливое сердце мальчишки...

(Сердце мальчишки летит на рябину - зацените образ!)

0_0

Продолжим по теме жести:

Собаку подозвали двое дядей
(Она и не боялась этих встреч)
Не для того, чтобы её погладить -
Затем позвали, чтоб её поджечь.

Ужоснах!

А вот и плагиат:

Есть утра чистое мгновенье,
Когда от солнца свет в стекле...

Я сверху подписал эпиграф:
"Я помню чудное мгновенье,
когда весенний первый гром..."))))))

Или вот шэдэвр - "Ода траве":

...Когда болеет государство,
Ломает кто-то там дрова
Есть у меня одно лекарство,
Лекарство есть: оно - трава.

Ноу комминтс.

(Продолжение следует). ;)

Великие наркоманы Серебряного века — Нож

Кокаин

Богема обожала белый порошок, вскоре прозванный «марафетом». Как пишет в своих воспоминаниях о предреволюционных годах автор песни «Кокаинетка» Александр Вертинский, наркотик сперва продавался открыто в аптеках, в запечатанных баночках по 1 грамму. Продукт немецкой фирмы «Марк», например, стоил полтинник за дозу. Потом начали требовать рецепт, и «марафет» ушел на черный рынок, его стали разбавлять зубным порошком и мелом — как видим, кое-что остается неизменным в любую эпоху.

Нюхали, по его словам, все: актеры, актрисы, поэты, художники; порошком предлагали «одалживаться», как раньше одалживались понюшками нюхательного табака.

Его продавали при входе в театр барышники вместе с билетами, как свидетельствует газета 1913 года.

«Кокаин был проклятием нашей молодости», — вспоминал «русский Пьеро». Пристрастившиеся к нему сидели в подвальных кабаре, белые как смерть, с кроваво-красными губами, с истощенным до предела организмом. Есть им не хотелось, на мозг действовали только очень крепкие напитки, которые как бы отрезвляли, «ставили на паузу» наркотический угар. Давно «подсевшие» погружались в атмосферу удручающего, безнадежного отчаяния. Все это перемежалось периодами, когда человеку казалось, что он гениален, — интересно, кем же чувствовали себя настоящие гении? Эпоха декаданса и максимального взлета культуры — надломленной, которой вскоре предстояло рухнуть — остро ощущалась всеми и требовала подстегивания мозга.

Мужчины носили кокаин в пузырьках, женщины — в пудреницах. Ювелиры изготавливали «кокаинницы», типа портсигаров. Их и сейчас можно в обилии найти в современных антикварных лавках — главное, не перепутать с другими, вполне невинными предметами.

Нюхать было модно. Первая жена Булгакова Татьяна Лаппа вспоминала, как однажды, не то в 1913-м, не то в 1914 году, муж принес кокаин. Сказал: «Надо попробовать. Давай попробуем». По ее словам, им не понравилось: Булгакова потянуло в сон, но раз было модно, то требовалось продегустировать. В автобиографическом «Морфии» Михаил Афанасьевич, наоборот, очень подробно и с мазохистским сладострастием описывает воздействие кокаина на свой организм (в числе других наркотиков).

Впрочем, это «один раз попробовал» типично для дамских воспоминаний о великих. Галина Бениславская вон утверждала, что Есенин кокаин понюхал лишь однажды, уже в 20-е, при Айседоре.

Пересказываем прелестную сцену с ее слов: наркотик поэту дал коварный Иосиф Аксельрод, но Есенин, по его собственному признанию, ничего не почувствовал — не действовало. Он показал Бениславской мундштук от гильзы, набитый белым порошком. Она от ужаса крикнула: «Сейчас же бросьте! Это еще что такое!» — и что есть силы ударила его по руке. Есенин, по ее словам, «растерянно, как мальчишка, понявший, что балует чем-то нехорошим и опасным, со страхом растопырил пальцы и уронил. Вид у него был такой: избавился, мол, от опасности». После чего поэта как следует отчитали: «Пробирала я его полчаса, и С.А., дрожащий, напуганный, слушал и дал слово, что не только никогда в жизни в руки не возьмет кокаина, а еще в морду даст тому, кто ему преподнесет».

Вера подруги «С.А.» в его «чистоту» мила: в том же разговоре Есенин ей жаловался, что поэт Николай Клюев заставляет его курить гашиш — отравить потому что хочет! При этом, по свидетельству той же дамы, злостным и совсем опустившимся кокаинистом был Алексей Ганин, также писавший стихи, близкий друг Есенина (свидетель на его свадьбе с Зинаидой Райх!), познакомившийся с ним еще в фельдшерском поезде в 1916 году, когда оба служили санитарами. Дружил «последний поэт деревни» и с дальневосточным футуристом Венедиктом Мартом — не только автором стихотворения «Каин кокаина», уж не будем гадать чем навеянного, но и известным морфинистом и курильщиком опиума. Однако Март не виноват: в Харбине в 1920-х было трудно этим не увлечься, особенно если ты занимаешься переводом древнекитайской лирики. Под кокаином бузил, как свидетельствует писатель Николай Захаров-Мэнский, еще один приятель Есенина, имажинист, актер Борис Глубоковский.

Такое количество друзей-кокаинистов настораживает, но ничего не доказывает. А вот нарком просвещения Анатолий Луначарский в своей брошюре «О быте» прямо говорит о пагубном пристрастии Есенина (через два года после его смерти):

«Его подхватила интеллигенция футуро-имажинистская, кабацкая богема уцепилась за него, сделала из него вывеску и в то же время научила его нюхать кокаин, пить водку, развратничать».

Сочетание «Есенин и кокаин», «кокаин и Есенин» повторяется в двух абзацах раза четыре.

По словам Гиппиус, баловался «марафетом» и Игорь Северянин. Футурист Сергей Бобров, «дергаясь своей скверной мордочкой эстета-преступника», по мнению Георгия Иванова, тоже кокаинист. Вера Судейкина в дневнике 1917 года пишет о композиторе Николае Цыбульском, что «он и кокаин нюхает, и опий курит». И это мы приводим только те слухи, источник которых смогли проследить до конкретного мемуариста.

***

Легкость, с какой люди Серебряного века подсаживались на наркотики, совершенно естественна: они на них выросли.

Только в начале ХХ столетия производители перестали добавлять «вещества» в свою продукцию — до этого кокаин и опиум применяли в препаратах для местной анестезии (зубной порошок), лекарствах от простуды и головной боли, «медицинских винах» и даже детских каплях, облегчающих прорезывание зубов.

Были кокаиновые леденцы, облегчавшие боль в горле, порошок от насморка; применялся наркотик и как лекарство при стенокардии. Брокгауз еще в 1909 году рекомендовал кокаин в качестве средства от морской болезни (спорим, действительно помогало?). Использовался он для местного наркоза — в виде солянокислого раствора. Все это к началу Первой мировой войны уже было запрещено, однако потребительская предрасположенность вполне могла остаться.

Слово «кокаин» в поэзии 1910–1920-х годов употреблялось почти с той же частотой, с какой поэты пушкинской поры писали про «клико» и «аи».

Алымов призывал: «Не вдыхай магнолий кокаина!» Шенгели описывает «колкий сахар кокаина». У Несмелова: «А женщина с кокаином / К ноздрям поднесла щепоть».

Маяковский: «Горсточка звезд, / ори! / Шарахайся испуганно, вечер-инок! Идем! / Раздуем на самок / ноздри, / выеденные зубами кокаина!»

У Пастернака: «…Сыпан зимами с копыт / Кокаин!» У Земенкова: «Лицо синеет, как зажженная серная спичка / От кокаина». У Савина: «Я в сердце впрыскиваю пряный, / Тягучий кокаин стихов». Сельвинский, Саша Черный, многие другие — короче, слово входило в оперативный поэтический словарь.

Даже, прошу прощения, Николай Островский в «Как закалялась сталь» пишет поэтической прозой о красавице: «Чувственные ноздри, знакомые с кокаином, вздрагивали». В 1934 году в эмиграции под псевдонимом М. Агеев вышел «Роман с кокаином», целиком посвященный общению главного героя с наркотиками. Подозревали даже, что авторство принадлежит Набокову, — в итоге оказался Марк Леви.

Опиум/гашиш/эфир

С этим видом наркотиков взаимоотношения у русских писателей были иные, более созерцательные и восторженные. Дело в том, что у гашиша имелась литературная Традиция (с большой буквы). Речь не об одной только «Исповеди англичанина, употреблявшего опиум» (1821) де Квинси, а о более близком прошлом. В Париже с 40-х годов существовал такой Le Club des Hashischins, куда ходили — кто беседовать, кто употреблять — и Дюма, и Гюго, и Бальзак. И самое главное для наших героев — туда заглядывали поэты Теофиль Готье, Шарль Бодлер, Поль Верлен и Артюр Рембо. И эти литераторы с большим смаком описывали испытанные ими ощущения — что служило вполне себе образцом для поэтов русского Серебряного века, которые очень много переводили французов, подсматривая у них заодно эстетику и стихотворные размеры для своих произведений и умения франтить.

Первым вспоминается главный позер эпохи — Николай Гумилев. О его увлечении свидетельствуют Эрих Голлербах (у которого он просил трубку для курения опиума), Юрий Анненков, Павел Лукницкий. Да и сама Ахматова была совершенно уверена, что еще во время жизни с ней он «прибегал к этим снадобьям», хотя тщательно скрывал свои привычки от жены, поскольку она подобных чудачеств явно не одобряла. (Принимала ли наркотики Ахматова? Видимо, она к ним была равнодушна. По словам Михаила Мейлаха, когда у нее случился инфаркт, ей целый месяц кололи морфий. Он спросил, сопровождалось ли это какими-нибудь приятными видениями. «Ничего приятного в них не было, — отвечала Ахматова. — Ну, раз увидела у себя на постели кошку. Зачем мне кошка?»)

Вернемся к Гумилеву. Он увлекался и вдыханием эфира. Анненков оставил подробный рассказ, как они на квартире у инженера Бориса Каплуна (мужа Спесивцевой и кузена Урицкого) «уходили в мир сновидений» вместе с какой-то девушкой.

Кстати, именно Гумилев оставил первое в русской художественной прозе описание трипа и нестандартных ощущений, которое составляет примерно треть его небольшого рассказа «Путешествие в страну эфира».

Но увы, вообще рассказ эротический, про девушку и про их гипотетический секс, поэтому сегодня он кажется наивно-подростковым.

Эфир достать было легко. Опиум тоже. Как рассказывает Лаппа, которая приносила его для Булгакова, когда не находилось морфия, еще в 1916 году он продавался в аптеках без рецепта, и можно было набрать, побегав, сразу большую дозу.

Прозаические мемуарные «каминг-ауты» идут обычно в формате «я один раз попробовал». Например, поэт Георгий Иванов в «Китайских тенях» пишет, как из вежливости он выкурил с редактором «Биржевых ведомостей» Владимиром Бонди толстую папиросу, набитую гашишем. Собеседник обещал ему «красочные грезы — озера, пирамиды, пальмы». Вместо этого Иванов испытал легкую тошноту.

«Я ошибся, — сказал на это Бонди, — вам нужен не гашиш, а эфир, морфий».

Журналист считал себя физиогномистом и по морщинам и складкам на лице определял, к какому именно наркотику склонен собеседник.

Составить полную картину на основе мемуаров, разумеется, сложновато: о своем печальном опыте мало кто откровенничал, а про других писали в случае, когда скрывать это было абсолютно бесполезно либо если испытывали к тому или иному персонажу неприязнь.

Тяжелым наркоманом был писатель Евгений Соловьев. В 1905 году Чуковский в тексте его памяти описывает, как «могучий талант» жалостливо выпрашивал у него «гашиша», который у того отобрали. Или основатель «кружка декадентов» поэт Александр Добролюбов, «с большим лицом, имевшим совершенное сходство с белой маской, из которой жутко чернели какие-то сказочно-восточные глаза», как описывал его Бунин. По его же свидетельству, Добролюбов курил опиум и жевал гашиш. Светская львица поэтесса Паллада Богданова-Бельская курила папиросы с опиумом — для создания имиджа роковой красавицы (если верить Георгию Иванову).

Некоторые явно проговариваются в своих текстах. Например, Анненский, рассуждая о малороссийских красавицах в произведениях Гоголя, спокойно употребляет следующее сравнение: «Поднимитесь ступенью выше, и недостижимую красоту даст вам уже только опий». Татьяна Вечорка в стихах не стеснялась: «Пока расплывчато в груди / Опий колобродит душный…» Ее перу также принадлежит стихотворение «А ты замечтался о тонких приятных ядах…», где есть и про хлоргидрат, и про опиум, и про веронал.

Подробно и обстоятельно описывает ощущения от смеси перегара опиума, или терьяка, с гашишем лирический герой стихотворения «Курильщик ширы» Велимира Хлебникова.

Доктор Анфимов, рассказывая о его медицинском случае, пишет, что еще в детстве Хлебников нюхал эфир. Во время жизни в Персии поэт пристрастился к возлежанию в чайхане и покуриванию там терьяка — так рассказывает о нем и художнике Мечиславе Доброковском их друг Алексей Костерин в «Русских дервишах».

В поэтическом языке слово «опиум» встречается еще у Пушкина и давно уже приобрело переносное значение. Так что искать и вчитываться неинтересно. Только уже упоминавшийся Венедикт Март в 1922 году описывает все строго и по делу: «В игле проворной и вертлявой / Кусочек черный запестрит, / Горящий опиум-отрава / Взволнует пьяный аппетит». Вещество называлось все-таки словом «опий». Пастернак говорит именно об «опии», как и Волошин, Шенгели и Зенкевич. У Бориса Поплавского есть стихотворение «Караваны гашиша» (1918), где «варит опий в дыму голубом притонер».

С поиском слова «эфир» в лирике тоже проблемы, уж больно многозначно. А вот с «гашишем» все ясно, оно конкретное. Его воспевает, и не один раз, Иннокентий Анненский («сладостный гашиш»), упоминает Бенедикт Лившиц («вечно-женственный гашиш»). Борис Поплавский призывает рассыпать «гашиш по столику», есть он у Брюсова, Владимира Нарбута, Асеева и даже у Волошина… Георгий Иванов, тот самый, которого тошнило с одного раза, пишет: «И, как тайного гашиша ароматы, / В воздухе носилося ночное. / Все бледнее зарево заката…»

Морфий

На распространение морфия в стране сильно повлияла Первая мировая война. Многие начинали употреблять его как обезболивающее при ранениях, потом увлекались. От переутомления страдали врачи. По статистике, в 1919–1922 годах 60 % морфинистов в Петрограде были докторами или медсестрами и санитарами, прочие — воевали на фронте.

Самый знаменитый из них Булгаков, о чьем автобиографическом и душераздирающем «Морфии» мы уже упоминали. Читать записи устных бесед его жены Лаппы с Леонидом Паршиным страшнее: они не приукрашены литературщиной.

Образ любящей женщины, которая зимой мечется по захолустной Вязьме, чтобы достать дозу морфия подсевшему врачу, — страшный.

Но морфинистов было достаточно и в начале ХХ века: в их числе, например, актер Андреев-Бурлак, писательница и актриса Елизавета Шабельская; в 1914 году от смертельной инъекции умер художник Всеволод Максимович.

А вот легендарная Нина Петровская — плохая поэтесса, но талантливая изничтожительница мужчин, любовный треугольник которой с Белым и Брюсовым описан последним в романе «Огненный ангел» (в сатанинском антураже), — подсела на морфий весной 1908 года и вскоре увлекла за собой Брюсова, «и это была ее настоящая, хоть не сознаваемая месть», записал Ходасевич. А вот еще одно, его же свидетельство, теперь уже о самом поэте: «Помню, в 1917 г., во время одного разговора я заметил, что Брюсов постепенно впадает в какое-то оцепенение, почти засыпает. Наконец, он встал, не надолго вышел в соседнюю комнату — и вернулся помолодевшим. <…> Заглянув в пустой ящик его стола, я нашел там иглу от шприца и обрывок газеты с кровяными пятнами. Последние годы он часто хворал, — по-видимому, на почве интоксикации».

Желчный Бунин обзывал Брюсова «морфинистом и садистическим эротоманом».

И напоследок опять почитаем стихи. У Лозины-Лозинского: «Мы не знаем: откуда ты? Кем ты вызван? / Как сарафанница, поешь ты, скуля. / И из красной гортани фраз твоих вызвон / Принимает, как морфий, земля». Жуткое стихотворение у Зенкевича — «Бывают минуты…», про «нервы» и морфий, заливающий «вены волной воспаленной»… Поищите, прочитайте лучше целиком. У Кирсанова: «Я / сам набирал / из ампул яд» и «…морфий тащит в мертвый сон». Слово встречается у Северянина, Сельвинского — но уже без личного оттенка. У Поплавского есть строчки: «Ты говорила: гибель мне грозит, / Зеленая рука в зеленом небе», — а потом: «…Так впрыскивает морфий храбрый клоун…»

Поплавский, кстати, скончался в 1935 году в эмиграции, вдвоем с 19-летним поэтом Сергеем Ярхо. Оба умерли во сне, приняв большую дозу неких «недоброкачественных наркотиков». Что это было за вещество, узнаем в некрологе в газете «Меч» (от 20 октября 1935 года): героин. Наступает эпоха новых наркотиков и совсем другой литературы.

***

После Первой мировой, революции и Гражданской войны ситуация с наркотиками в стране сильно ухудшилась. Их начали использовать огромные слои обычного городского населения, солдаты, матросы, проститутки, бездомные. С точки зрения русской литературы это важно, поскольку все перечисленное выше перестало быть «предметом элитного потребления» и признаком богемы, сделалось менее модным. Впрочем, и с прослойкой писателей и поэтов в стране тоже стало как-то нехорошо…

Сергей Есенин и Михаил Булгаков.

Неудивительно, что в главном романе Булгакова «Мастер и Маргарита», одним из главных героев «второго плана» является поэт Иван Николаевич Бездомный. Ныне существует целая «отрасль» популярной литературы, изучившая роман вдоль и поперек, толкующая его вкривь и вкось. А один из разделов этой «отрасли» посвящен поиску прототипов героев романа.

Разумеется, образ Бездомного является собирательным, он не был полностью «списан» с одного конкретного человека, хотя и такое в литературе случается.

Мариэтта Чудакова, наиболее авторитетный исследователь Булгакова, отмечала: «И сам Есенин, и молодые поэты из его ближайшего окружения последних московских лет <…> Иван Старцев и Иван Приблудный — стали, на наш взгляд, материалом для построения «двух Иванов» — сначала Ивана Русакова в «Белой гвардии», затем — Ивана Бездомного в «Мастере и Маргарите».

Комментаторы первого собрания сочинений Булгакова видели в нем «черты многих лиц: Д. Бедного, Безыменского, Ив. Ив. Старцева и др.», но Есенина уже забыли. Хотя отмечали, что псевдоним Бездомный (Понырев), выбран вполне в духе того времени, согласно «идеологическому шаблону»: Максим Горький (Алексей Пешков), Демьян Бедный (Ефим Придворов), Иван Приблудный (Иван Овчаренко) и т.п.

Автор «Булгаковской энциклопедии» пошел дальше, и основным прототипом Бездомного считает поэта Александра Безыменского (1898-1973). Однако аргументы в пользу этого выдвигаются весьма немногочисленные, сомнительные и чисто внешние. Достаточно вспомнить, что Безыменский был пролетарским, комсомольским поэтом, а принадлежность Бездомного к этому кругу ничем в романе не выражается. Кроме того, Иван показан в романе как человек бесхитростный, искренний и простодушный, к которому повествователь относится с симпатией. Безыменский же входил в круг ненавистников Булгакова, принимал активное участие в его травле в печати. Такого человека Булгаков мог вывести только в ряду таких персонажей романа, как критик Латунский, Алоизий Могарыч, или поэт Рюхин.

Невозможно представить, что Мастер, в ком отражены многие автобиографические черты самого автора романа, будет исповедально повествовать о своей жизни и судьбе, пусть даже и в романе, человеку типа Безыменского.

Известно такое событие в жизни Булгакова, случившееся 7 июня 1934 г. Ему и его жене Елене Сергеевне в унизительной форме было отказано в обещанной поездке за границу во Францию. Это был для писателя страшный удар, и по рассказу жены:

«На улице М.А. вскоре стало плохо, я с трудом довела его до аптеки. Ему дали капель, уложили на кушетку. Я вышла на улицу – нет ли такси. Не было, и только рядом с аптекой стояла машина и около нее Безыменский. Ни за что! Пошла обратно и вызвала машину по телефону.
У М.А. очень плохое состояние – опять страх смерти, одиночества, пространства»
.

Таким образом, можно сделать вывод, что Безыменский, общение с которым было Булгаковым противно даже в такой трудной ситуации, никак не мог быть прототипом поэта Бездомного в романе «Мастер и Маргарита».

Роман этот слишком глубок и многопланов, чтобы по каким-то внешним признакам можно было разгадать замысел его автора. Возникает мысль, что если в образе второстепенного персонажа романа, поэта Рюхина, Булгаков использовал какие-то черты Маяковского (с чем еще можно согласиться), то это скорее глубинные свойства характера, чем какие-то внешние черты. Тогда и приходим к предположению, что прототипом Бездомного должна быть фигура поэта, никак не меньшая для того времени по своей человеческой и литературной величине, чем фигура Маяковского.

А это логично и однозначно приводит нас к единственной такой значительной фигуре, соответствующей этому персонажу романа, - Сергею Александровичу Есенину.

Оказывается, доказательства этому имеются, только они лежат не на поверхности, а немного глубже. Если взять псевдоним поэта – Бездомный, то действительно он явно пародийный, но в случае Есенина не все так просто. Поэт на самом деле всю жизнь не имел не то что дома, но даже квартиры. Парадоксально, но факт, несмотря на всемирную известность, славу и популярность в своей стране, Есенин не заслужил от советских властей даже простой жилплощади.

Сам он этим вопросом не занимался, но после его возвращения в 1923 году из длительной заграничной поездки и разрыва с Дункан, друзья пытались решить для поэта квартирную проблему. Были собраны все бумаги, приложены ходатайства из Моссовета, секретариатов Троцкого и Калинина. Как вспоминала Анна Назарова, близкая знакомая Есенина: «Решила: ну с такими «ходатайствами» через 2 часа у меня будет квартира для Есенина. И только через месяц почти ежедневного хождения в РУНИ (Краснопресненское районное управление недвижимым имуществом ) я поняла, что эту стену никакими секретариатами не прошибешь».

Уместно вспомнить, что «квартирный вопрос» всегда затрагивал Булгакова, это получило отражение и в романе «Мастер и Маргарита». А еще раньше Булгаков записывал в своем дневнике: «Пока у меня нет квартиры – я не человек, а лишь полчеловека» (18 сент. 1923 г.). По этому поводу существенно и замечание Елены Сергеевны: «Для М.А. квартира – магическое слово. Ничему на свете не завидует – квартире хорошей! Это какой-то пунктик у него» (23 авг. 1934 г.).

Следует понимать, что за персонажем поэта Бездомного у Булгакова между строк выражено гораздо больше, чем видится поверхностному читателю. Это принципиально разное отношение и к жизни и к литературе. В романе ведется спор на эту тему Мастера с Бездомным, и уже из первой главы можно понять, что поэт представляет немалую величину на советском литературном небосводе. В «доказательство славы и популярности» Бездомного «…иностранец вытащил из кармана вчерашний номер «Литературной газеты», и Иван Николаевич увидел на первой же странице свое изображение, а под ним свои собственные стихи».

«Педантичный исследователь» может возразить, что «Литературная газета» стала издаваться в 1929 году, и Есенина к тому времени уже не было в живых. Подобные возражения нельзя принять по весьма простой причине. Когда читаешь «труды о романе», часто замечаешь любопытное обстоятельство. Их авторы увлекаются и совершенно забывают, что мир булгаковского романа – это не наш реальный мир, он является только некоторым фантастическим, во многом аллегорическим, но всего лишь его отражением, вне реального времени и пространства. Но приходится удивляться, как персонажей романа и даже его автора часто начинают судить, основываясь на религиозных мерках нашего материального мира.

Хотя Булгаков именовал свой роман кратко, для родных и друзей, как «роман о дьяволе», надо все же помнить, что это фантастический роман о дьяволе, с большой долей пародийных, сатирических и юмористических элементов. И в этом, фантастическом мире романа, «прославленный» поэт Бездомный унаследовал многие характерные черты, и даже биографические подробности, знаменитого российского поэта советского времени Сергея Есенина. И в самом деле, стихи Есенина с его портретом, при его жизни печатались во многих советских газетах.

Любой писатель с ревностью для себя отмечал это обстоятельство, и особенно Булгаков, которому с некоторых пор любые публикации в советской прессе «были заказаны». Но было и обстоятельство, сближающее писателя с поэтом. В советской партийной прессе оба не раз подвергались жестокой травле, была объявлена борьба как с «есенинщиной», так и с «булгаковщиной», а затем книги Есенина и Булгакова на десятилетия стали «запретной литературой». Подобно Мастеру и Бездомному в романе, Булгаков и Есенин были «товарищами по несчастью», часто становились жертвами «дьявольщины» и «чертовщины» реального мира.

Но продолжим поиск совпадений. Их немало в первой главе, и одно из главных - богоборческая тема в творчестве Бездомного и Есенина. Редактору журнала Берлиозу не понравилась идея «большой антирелигиозной поэмы» Бездомного, где Иисус выведен поэтом «очень черными красками», но все же как реально существовавший человек.

Этой темой Булгаков заинтересовался еще в начале 1925 года, и изучив журнал «Безбожник», записал в дневнике: «…был потрясен. Соль не в кощунстве, хотя оно, конечно, безмерно, если говорить о внешней стороне. Соль в идее, ее можно доказать документально: Иисуса Христа изображают в виде негодяя и мошенника, именно его. Нетрудно понять, чья это работа. Этому преступлению нет цены» (запись от 5 янв. 1925 г.). Но ко времени действия романа поэт Бездомный, написавший свою поэму в духе этой идеи, уже отстал от новейших «идейных установок» сверху. Их и внушал редактор Берлиоз «непонятливому» поэту: «Нет ни одной восточной религии <…> в которой, как правило, непорочная дева не произвела бы на свет бога. И христиане, не выдумав ничего нового, точно так же создали своего Иисуса, которого на самом деле никогда не было в живых. Вот на это и нужно сделать главный упор…».

Сразу после революции Сергей Есенин, как и многие другие поэты, в том числе и имажинисты, отдал дань богоборческой теме. Кульминацией была акция имажинистов, когда в мае 1919-го антирелигиозными стихами ночью в Москве был разрисован Страстной монастырь. Кощунственное для верующих четверостишие Есенина «Вот они толстые ляжки / Этой похабной стены…» прогремело на всю страну, хотя уже на следующий день его замазали. В 1920-м году на Пасху, Есенина чуть не избили (спасли матросы) в Харькове, когда он стал читать свои поэмы перед праздничной толпой: «Не молиться тебе, а лаяться / Научил ты меня, Господь», «Тело, Христово тело, / Выплевываю изо рта!» и т.п.

И зарубежные, и даже советские партийные литературоведы подвергали имажинистов за это направление резкой критике, как правило, выделяя Есенина за талант, а негативные, на их взгляд, тенденции в его творчестве, приписывая их групповому влиянию. С другой стороны, за близость к группе поэтов, выходцев из деревни, Есенина, Клюева, Клычкова и др. определяли как «поэтов мужицко-хлыстовской революции», также чуждых пролетарской революции.

По отношению к Есенину при его жизни советские партийные критики во многом вели себя подобно редактору Берлиозу по отношению к поэту Бездомному. Ему многое прощали по молодости, советовали овладеть трудами классиков марксизма и далее творить, руководствуясь партийными установками в области литературы. Есенин не был противником советской власти, но он отвергал всякий партийный диктат по отношению к творческим людям. К его несчастью, вольно или невольно, он оказался вовлечен в водоворот ожесточенной борьбы за власть между «наследниками» Ленина. Это и стало главной причиной его гибели.

Булгаков в романе «Мастер и Маргарита» в образе поэта Бездомного, судя по всему, хотел выразить свое отношение и к Сергею Есенину, поэтам и поэзии того поколения. Здесь не содержится глубокого анализа, это ведь роман, а не литературоведение, но все же интересно проследить эту сюжетную линию и попытаться угадать глубинные мысли писателя.

Внимательное изучение поведения Бездомного приводит к мысли, что Булгаков очень тонко пародирует бесчисленные публикации советской «бульварной» прессы о Сергее Есенине. При этом связанные с поэтом скандалы, драки, происшествия, как правило, объяснялись пьянством. Во всяком случае, такова была официальная версия советской прессы и советского литературоведения.

И вот Булгаков в своем романе фактически высмеивает эту версию - Бездомный не пьян, но встретившись с чертовщиной и «дьявольскими штучками», пытаясь бороться, ведет себя так, что его принимают за пьяного: «Одинокий, хриплый крик Ивана хороших результатов не принес. Две каких-то девицы шарахнулись от него, и он услышал слово «пьяный!». Далее в сцене у «Грибоедова»: «Бас сказал безжалостно: – Готово дело. Белая горячка».

Любопытно, что и сам Есенин, многократно попадавший в милицию, в своих письменных показаниях так же, как правило, объяснял свое поведение «нетрезвым состоянием». Дело в том, что в те времена это считалось смягчающим обстоятельством, и позволяло в каких-то случаях избегать уголовной ответственности. Но на самом деле существуют воспоминания близких родных Есенина, близких друзей и подруг, что «срывы» у Есенина были редки, выпивкой он не увлекался, есенинский «алкоголизм» придуман тогдашней прессой. Например, в своих воспоминаниях подруга Есенина Надежда Вольпин, как о чем-то второстепенном, замечает, что во время застолья в «Стойле Пегаса» поэт «пьет мало (как обычно, только вино – не водку)».

А вот желающих выпить с известным поэтом, да еще за его счет, было предостаточно, и Есенин по простоте душевной и врожденному демократизму попадал на этой почве в скандалы и переделки. «Друзья» каким-то образом всегда разбегались в последний момент, а милицию почему-то всегда интересовал только Есенин. Потом все эти события живописались в советской «желтой» прессе.

В этот период Булгаков работал в газете и уже налаживал связи с театральным миром. Случай в Малом театре в апреле 1924-го весьма напоминает поведение поэта Бездомного.

Есенин и писатель Всеволод Иванов зашли к одной из артисток в гримерную. Когда она ушла на сцену, «попросили у уборщицы стаканы и, пользуясь одиночеством, изрядно распили принесенное с собою вино». Потом в антракте артистка вернулась для переодевания, попросила «гостей» удалиться, но якобы вразумить их не удалось даже с помощью администрации и работников театра. Вызвали милицию: «Увидя милиционера, Есенин бросился бежать по коридору, причем по пути на лестнице он ударил шедшего навстречу Володю Богачева — мальчика, на обязанности которого было вызывать актеров к их выходу. Это возмутило Н. О. Волконского (режиссера театра ), и он, обладая значительной физической силой, нагнав Есенина, крепко ударил его в спину. Есенин продолжал бежать и, не зная расположения закулисных помещений, чуть было не выскочил на сцену во время хода действия. К счастию, его успел схватить стоявший на выходе артист А. И. Истомин <…> Есенина повели в кабинет администратора и там начали составлять протокол». Туда же зашел режиссер И. С. Платон. «Увидя его, Есенин, внимательно всматриваясь в лицо Ивана Степановича, не без иронии и сарказма спросил его: „А что вы сделали для революции?!“, после чего И. С. Платон тотчас же скрылся. Составив протокол, милиционер вывел Есенина из театра и этим инцидент был исчерпан».

Эпизод с Платоном показывает, что Есенин был не столь пьян, чтобы требовалась помощь милиции. По этому поводу близко знавшая его С. Виноградская вспоминала: «Это были обычные истории, которые быстро прекращались, если присутствующие умели подойти к Есенину. И эти же истории легко переходили в скандал в компании тех «друзей», которые, вместо того, чтобы отвлечь его внимание от того, что его раздражало и вызывало злобу, подбивали его на скандал». В связи с этим и «инцидент» в Малом театре видится совсем в другом свете. Скандал был явно спровоцирован, вместо того, чтобы успокоить выпившего человека. И почему писатель Иванов был обойден вниманием милиции? Изучение биографии Есенина показало, что скандалы с вмешательством милиции почему-то происходили только в Москве. Как будто именно там его поджидали «слуги Воланда» или другого «черного человека»? Будучи во многих городах СССР, попадая тоже в переделки и неприятности, тем не менее, все проблемы Есенин все же решал без участия милиции. А в Москве на Есенина было заведено 13 уголовных дел!

Вот и скандалу, устроенному поэтом Бездомным в «Грибоедовском ресторане», тоже находится аналог среди есенинских скандалов. Он широко освещался в московских газетах, и Булгаков не мог не читать эти статьи, потому что это тоже было в период его работы в «Гудке».

Газета «Рабочая Москва», наиболее отличившаяся в травле и клевете на Есенина, 22 янв. 1924 г. опубликовала статью «Новые подвиги поэта Есенина»:

«Во 2-м часу ночи, 19-го января в кафе „Домино“, на Тверской ул., зашел прославившийся своими пьяными выходками поэт Есенин. Есенин был сильно пьян.

Швейцар пытался не пустить пьяного в кафе, Есенин набросился на швейцара и силой ворвался в помещение.
— Бей конферансье, — закричал скандальный поэт.
Завязался скандал. Швейцар вызвал милицию.
Явился постовой милиционер Громов и предложил Есенину:
— Пожалуйте в 46 отделение...
Но справиться одному милиционеру с буйным Есениным было не под силу. Пришлось звать дворника.

По дороге Есенин совсем вошел в азарт. Дворник и милиционер, не согласившиеся с его лозунгом — „Бей жидов, спасай Россию“, были избиты. При этом поэт совершенно не стеснялся в выражениях, обзывая своих спутников „жандармами, старой полицией, сволочью“ и т. д. Попутно обругал Демьяна Бедного и Сосновского (автора провокационных статей о Есенине).
В отделении Есенин продолжал буйствовать, кричать и ругаться.
Пришлось вызвать врача, определившего у Есенина сильную степень опьянения и нервного возбуждения.
Наутро, вытрезвившись, Есенин был отпущен под подписку. Это уже третья по счету подписка".

Подобным образом, почти всем эпизодам с поэтом Бездомным в романе «Мастер и Маргарита» можно найти аналог в биографии Есенина. Не раз его обворовывали, грабили и раздевали, так что подобно Бездомному, приходилось какое-то время пользоваться чьими-то обносками. Неоднократно Есенин был пациентом психиатрических больниц, в том числе и заграницей.

Несомненно, Булгаков обо всем этом знал, и все же, если в его романе Бездомный представлен некой карикатурой на Есенина, то это карикатура совсем другого рода, чем на многих других персонажей. Булгаков явно не был поклонником творчества Есенина, и это он тоже отразил в образе Бездомного. Однако Мастер, прототипом которого является сам Булгаков, и Бездомный (Есенин), оказываются в романе товарищами по несчастью, оба в итоге находят прибежище от «чертовщины» внешнего мира в психиатрической больнице, дружески и доверительно общаются!

Что же этим хотел показать Булгаков, в чем тут аллегория, что здесь скрыто между строк? Как говорится, сказка – ложь, да в ней намек…

Булгаков видит и себя, и Есенина, талантливейших русских людей, попавшими в ненормальные условия. Это мир вокруг сумасшедший, и тогда в этом мире остается одна дорога для таких людей, - больница или психушка, и далее смерть. При этом Булгаков самокритичен – Мастер и Маргарита в итоге идут на сделку с дьяволом и уходят в мир иной, а поэт, хоть и с советских, атеистических позиций, но не приемлет дьявола. Он держится за жизнь, даже оставшись «тяжко больным», чье душевное равновесие зависит от уколов и лекарств.

Можно понять, что Булгаков не верил тем нагромождениям лжи в советской прессе о Есенине, хотя бы потому, что подобной травле и клевете постоянно подвергался сам. И образ Бездомного явился глубоким проникновением в истинный образ Есенина. В романе поэт Бездомный только ведет себя как пьяный, но ни разу не пьет. Тем самым читатель подводится к выводу, что «пьянство» Есенина раздуто в прессе, и не это главное в его жизни. А вот поэт Рюхин, напротив, показан пьющим водку «рюмка за рюмкой».

Этот вывод соответствует воспоминаниям С. Виноградской: «Просто мерзко слушать «предположения», что Есенин писал стихи пьяным. Ни разу в жизни ни одной строчки он не написал в нетрезвом состоянии!».

А как же главный миф советской прессы и советских официальных кругов о «самоубийстве» Есенина? Есть ли в сюжетной линии романа, связанной с поэтом Бездомным, суждения Булгакова о гибели поэта Есенина?

Зная отношения Булгакова к лживости советской прессы, уже понятно, что Булгаков явно не верил в созданный ею миф о самоубийстве поэта. Косвенно этот вывод следует из сохранившихся строчек дневника писателя: «Мельком слышал, что умерла жена Буденного. Потом слух, что самоубийство, а потом, оказывается, он ее убил. Он влюбился, она ему мешала. Остается совершенно безнаказанным.

По рассказу – она угрожала ему, что выступит с разоблачениями его жестокости с солдатами в царское время, когда он был вахмистром» (запись от 17 дек. 1925 г.).

Как много читается между строк этой записи! Ведь в той прессе так не писали! На власть имущих законы и тогда не распространялись. А вот дальнейших записей в дневнике писателя не сохранилось, и как видно не случайно. Там должны были быть мысли Булгакова по поводу смерти Есенина. Но 7 мая 1926 года к писателю пришли с обыском, изъяли дневник, рукописи (в том числе «Собачье сердце»). Ныне известны только фрагменты дневника за 1925 год. Причем в основном только за январь.

Поэтому призовем на помощь логику и зададимся вопросом, почему ГПУ-НКВД-КГБ, возвращая копию дневников в архив Булгакова много десятилетий спустя во времена перестройки, сохранил фрагмент о преступлении Буденного, а о смерти Есенина изъял? Почему, несмотря на то, что теперь имеются неопровержимые доказательства убийства Есенина, нынешние российские власти до сих пор отказываются признать это официально?

Ответ на оба эти вопроса один: потому что преступление Буденного, совершил он его или нет, это дело частного лица, дело семейное. Преступление против Есенина – это преступление государства против своего гражданина, знаменитого российского поэта, совершенное с помощью органов ГПУ-НКВД-КГБ. Преступление это настолько мерзкое и подлое, что в нем не хотят сознаться даже теперь, через 80 с лишним лет. Но все честно мыслящие люди имеют возможность в этом преступлении убедиться, все документы, десятилетия бывшие запретными, опубликованы в Интернете племянницей поэта Светланой Петровной Есениной.

Величие Булгакова состоит и в том, что он не написал ни единой лживой строчки о смерти Есенина, даже в аллегорической форме, даже в сюжетной линии поэта Ивана Николаевича Бездомного в романе «Мастер и Маргарита».

Но как же тогда понимать сведения о Бездомном из эпилога романа? О нем повествуется, когда он уже «лет тридцати или тридцати с лишним». А это как раз возраст Есенина в 1925 году, на момент смерти. Бездомный оставил поэтические занятия, как и обещал Мастеру, теперь он «сотрудник Института истории и философии, профессор Иван Николаевич Понырев». С помощью врачей, лечения и постоянных уколов, он почти «нормальный»: «Он знает, что в молодости стал жертвой преступных гипнотизеров, лечился после этого и вылечился».

Трудно поверить, что Есенина, если бы он остался жив, ожидала подобная судьба. Но мог ли разумный человек, такой, как писатель Булгаков, поверить в самоубийство Есенина? Например, что и Есенин стал «жертвой преступных гипнотизеров»? Вот и приходим к выводу, что эпилог романа содержит аллегорическую пародию на версию самоубийства поэта. Ведь если поэт отказывается от своей поэзии, это тоже своего рода духовное самоубийство.

С точки зрения Булгакова, за свою жизнь неоднократно оказывавшегося в трудных, и, казалось бы, безвыходных ситуаций, Есенин был «баловень судьбы». Множество изданий с радостью печатали его произведения, ему предлагали редактировать журнал, готовилось к изданию его собрание сочинений. Булгаков об этом мог только мечтать, ему вскоре после смерти Есенина пришлось оставить сначала карьеру писателя, потом драматурга, режиссера, и заниматься поденной работой либреттиста и сценариста. А ведь именно литературный или театральный успех и составляет смысл жизни литератора.

Недаром в заключение своих воспоминаний С. Виноградская писала о Есенине: «Издание полного собрания занимало его. Он заранее предвкушал щупать первый том своих стихов и говорил: - Вот в России почти все поэты умирали, не увидав полного издания своих сочинений. А я вот увижу свое собрание. Ведь увижу!».

Имеется подтверждение и в письме Есенина: «Этого собрания я желаю до нервных вздрагиваний. Вдруг помрешь — сделают все не так, как надо».

Разумеется, писатель и литератор Булгаков и не мог поверить, что поэт и литератор Есенин вдруг потерял разум, и сам лишил себя такой желанной возможности. Ведь Булгаков был вынужден долгие годы в конце жизни вообще писать «в стол».

Советские пресса, литературоведение и пропаганда многие десятилетия вдалбливали в головы людей абсурдную ложь о самоубийстве Есенина. К сожалению, вольно или невольно унаследовала эту ложь и нынешняя российская власть.

А вот художественное чутье писателя Булгакова и здравый смысл Булгакова-человека и в случае Есенина оказались безошибочными. Булгаков и Есенин, в лучших своих произведениях, писали «против шерсти». Они оба не считали нужным придерживаться и советских партийных догм, и догм религиозных. Их творчество было, по выражению Есенина, «сугубо индивидуальным», как и их политические и историко-философские взгляды. При этом получилось так, что Булгаков оказался под покровительством Сталина, а Есенин – под покровительством Зиновьева и Троцкого, врагов Сталина. Это и определило различие в их судьбах. Здесь многое все еще неизвестно, и во многом еще надо разбираться.

Источник: http://esenin.niv.ru/esenin/articles/article-16.htm

Клюев и Есенин в октябре 1915 года (по материалам дневника Ф.Ф. Фидлера)

DOSSIER

КОНСТАНТИН АЗАДОВСКИЙ

КЛЮЕВ И ЕСЕНИН В ОКТЯБРЕ 1915 ГОДА (по материалам дневника Ф. Ф. Фидлера)

В самом начале октября 1ОД5 г- в Петрограде происходит знаменательная встреча : Николай Клюев, уже « прошумевший » и признанный крестьянский поэт, встречается с молодым Есениным, тогда еще почти неизвестным широкой публике. Знакомство их быстро перерастает в тесную дружбу, длившуюся десять лет — вплоть до трагической смерти Есенина. Взаимоотношения Есенина и Клюева, трудные и достигавшие подчас напряженной остроты, уже не раз привлекали к себе внимание исследователей, пытавшихся установить как самый характер этой « дружбы-вражды », так и степень влияния Клюева на его « меньшого брата в1.

Клюев прибыл в Петроград из родной Олонии в самом начале сентября 1915 г.2. Одна из целей его очередного приезда в столицу — встреча с Есениным, с которым у него весной 1915 г. завязалась переписка3. Будучи наиболее зрелым среди так называемых новокрестьянских поэтов (помимо Клюева и Есенина, к ним следует причислить П. Карпова, С. Клычкова, П. Орешина и А. Ширяевца), Клюев в то время претендовал на роль ведущего в этой группе. Решительно отстаивая свою общественную и эстетическую позиции, он пытался сплотить вокруг себя близких ему по духу поэтов. Так, уже с го^З г« Клюев переписывался с А. Ширяевцем, оказывая на него определенное и довольно сильное воздействие. Особое значение Клюев всегда придавал публичным чтениям своих произведений. 6 сентября 1915 гм сообщая Есенину о том, что пробудет в Петрограде до 20 сентября, Клюев выражает желание устроить с ним « совместное чтение ». 9 сентября Клюев пишет И. М. Брюсо- вой, спрашивая ее о возможности выступления в московском Обществе свободной эстетики4. Ясно, что Клюев возлагал тогда на встречу с Есениным особые надежды : в союзе с молодым поэтом, чей талант он оценил сразу же, как только увидел в печати его стихотворения, Клюев надеялся привлечь внимание столичной публики к « народной » поэзии. Кроме того в Петрограде — уже с весны 1915 г. — под руководством С. Городецкого намечалось литературное объединение Краса, в котором Клюев, Есенин и другие крестьянские авторы должны были выступать вместе с « городскими » писателями, тяготевшими к фольклору и старине (С. Городецкий, В. Иванов, Ремизов и др.)5.

Для Есенина 19 15 год был во многих отношениях переломным. Приехав в начале марта из Москвы в Петербург « искать счастья », Есенин сразу же обратился к Блоку, который, как известно, принял участие в судьбе « талантливого крестьянского поэта-самородка »•. В марте-апреле 1915 г- Есенин заводит ряд важных для него знакомств в кругу столичной интеллигенции, в

Cahiers du Monde russe et soviétique, XXVI (3-4), juil.-déc. 1985, pp. 413-424.

Обещая встречу впереди читать онлайн бесплатно

Захар Прилепин. Есенин: Обещая встречу впереди

Глава первая

«Все ощущенья детских лет…»

1895–1914

В 1916 году двадцатилетний Есенин, казавшийся почти подростком, и Клюев, тридцати одного года, выглядевший лет на десять старше своего возраста, приехали из Петрограда в Москву: брать Белокаменную, утверждать славу.

Есенин был на восходе своего дара.

Клюев называл Есенина жаворонком: тот ёжился, но пока терпел.

Гуляли по Москве; Клюев наставлял, Есенин посмеивался; но, когда что-то важное звучало, вдруг затихал, слушал очень серьёзно, запоминал.

Ещё вчера бывший учеником, к тому году Есенин стал настоящим мастером. Просто не все пока об этом знали.

Но он уже слышал весть: «…говорят, что я завтра стану / Знаменитый русский поэт».

Есенин мечтал об этом более всего — и всё сбывалось.

Клюев тоже видел, что жаворонок его завтра устремится прочь.

Гуляли поэтому подолгу; из любых гостей шли пешком, трезвые. Есенин тогда даже не курил толком.

Часа в три ночи оказались у храма Христа Спасителя, решили зайти внутрь.

Клюев перекрестился степенно, со значением, поклон положил глубокий.

Есенин тоже перекрестился — и не столько поклонился, сколько боднул непослушной головой: здравствуй, Господи, это я.

Щурились в полутьме на горящие свечи, после уличного сквозняка перестраивали дыхание на другой вкус.

Оба притихли.

От стены шагнула схимница в чёрном плате и, указав на Есенина, велела спокойно:

— Уходи отсюда, висельник.

* * *

«Он не такой, как мы, он бог знает кто…» — говорил Александр Никитич Есенин про своего сына Сергея.

Отец, как утверждал Сергей, сам слагал песни. Их не записали. Более того — сын, обладавший уникальной памятью и помнивший сотни стихов наизусть, из сочинённого отцом не запомнил ни строчки.

Никто из сестёр Сергея не упоминает о литературных опытах отца.

Скорее всего, Есенин это придумал. Быть может, раз, подзабыв текст, отец на свой лад переиначил какую-то песню — получилось вроде сам сложил.

Что-то же нужно про отца сказать. Хоть что-то.

В биографии или, вернее сказать, в мифологии Сергея Есенина отца как бы и нет.

Есенин говорил неоднократно, всякий раз почти случайно, что отец у него — красивый, умный. Первый свой гонорар он отдал отцу, но… спроси у любого: был у Есенина отец? А что за отец?

Никто толком не знает.

Мать точно была, в шушуне.

Причём с матерью всё не так просто, как может показаться по есенинским стихам. И всё равно — со временем мать он канонизировал.

А у отца — даже имени-отчества толком нет, если судить по написанному Есениным.

В короткой автобиографии 1916 года Есенин пишет о себе: «сын крестьянина».

В автобиографии от 14 мая 1922 года: «Я сын крестьянина». И дальше: «С двух лет, по бедности отца и многочисленности семейства, был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери».

В автобиографии 1923 года: «Сын крестьянина».

Ни в одной из трёх автобиографий мало того что по имени-отчеству отца не считает нужным назвать, но ещё и ни слова о нём не говорит — хотя с тёплыми чувствами вспоминает деда, бабку и дадьёв по материнской линии и тем более поэтических учителей.

В автобиографии 1924 года у отца наконец появляется имя — но более ничего. И здесь Есенин в который раз пишет о бабке, деде с материнской стороны, няньке; появляется припадочный дядька; упоминает он Городецкого и Блока.

В последней автобиографии 1925 года нет ни отцовского имени, ни «сына крестьянина» — зато снова: дед, бабушка, дядья; всё те же поэты старшего поколения, однажды признавшие в юном Есенине если ещё не равного, то достойного.

Отец между тем потерялся.

Что же у нас с отцом?

Александр Никитич в ранней юности пел в церковном хоре дискантом. Возили его на свадьбы и похороны: красивый, поёт. Что-то в этом уже есть от будущей судьбы его сына.

Матери — то есть бабушке Сергея Есенина — предлагали отдать Сашу в рязанский собор певчим. Но та рассудила иначе. Вместо храма угодил он двенадцатилетним мальчиком в Москву к мяснику. Всё, что успел накрестьянствовать, — в лучшем случае пацанские подсобные работы: сено поворошить, корову пригнать, подойник принести.

Проще говоря: никаким крестьянином Александр Никитич не был.

Есенинская поэтическая строчка: «У меня отец крестьянин, / Ну а я крестьянский сын» — это метафора.

Читать дальше

Захар Прилепин - Есенин: Обещая встречу впереди читать онлайн бесплатно

Захар Прилепин. Есенин: Обещая встречу впереди

Глава первая

«Все ощущенья детских лет…»

1895–1914

В 1916 году двадцатилетний Есенин, казавшийся почти подростком, и Клюев, тридцати одного года, выглядевший лет на десять старше своего возраста, приехали из Петрограда в Москву: брать Белокаменную, утверждать славу.

Есенин был на восходе своего дара.

Клюев называл Есенина жаворонком: тот ёжился, но пока терпел.

Гуляли по Москве; Клюев наставлял, Есенин посмеивался; но, когда что-то важное звучало, вдруг затихал, слушал очень серьёзно, запоминал.

Ещё вчера бывший учеником, к тому году Есенин стал настоящим мастером. Просто не все пока об этом знали.

Но он уже слышал весть: «…говорят, что я завтра стану / Знаменитый русский поэт».

Есенин мечтал об этом более всего — и всё сбывалось.

Клюев тоже видел, что жаворонок его завтра устремится прочь.

Гуляли поэтому подолгу; из любых гостей шли пешком, трезвые. Есенин тогда даже не курил толком.

Часа в три ночи оказались у храма Христа Спасителя, решили зайти внутрь.

Клюев перекрестился степенно, со значением, поклон положил глубокий.

Есенин тоже перекрестился — и не столько поклонился, сколько боднул непослушной головой: здравствуй, Господи, это я.

Щурились в полутьме на горящие свечи, после уличного сквозняка перестраивали дыхание на другой вкус.

Оба притихли.

От стены шагнула схимница в чёрном плате и, указав на Есенина, велела спокойно:

— Уходи отсюда, висельник.

* * *

«Он не такой, как мы, он бог знает кто…» — говорил Александр Никитич Есенин про своего сына Сергея.

Отец, как утверждал Сергей, сам слагал песни. Их не записали. Более того — сын, обладавший уникальной памятью и помнивший сотни стихов наизусть, из сочинённого отцом не запомнил ни строчки.

Никто из сестёр Сергея не упоминает о литературных опытах отца.

Скорее всего, Есенин это придумал. Быть может, раз, подзабыв текст, отец на свой лад переиначил какую-то песню — получилось вроде сам сложил.

Что-то же нужно про отца сказать. Хоть что-то.

В биографии или, вернее сказать, в мифологии Сергея Есенина отца как бы и нет.

Есенин говорил неоднократно, всякий раз почти случайно, что отец у него — красивый, умный. Первый свой гонорар он отдал отцу, но… спроси у любого: был у Есенина отец? А что за отец?

Никто толком не знает.

Мать точно была, в шушуне.

Причём с матерью всё не так просто, как может показаться по есенинским стихам. И всё равно — со временем мать он канонизировал.

А у отца — даже имени-отчества толком нет, если судить по написанному Есениным.

В короткой автобиографии 1916 года Есенин пишет о себе: «сын крестьянина».

В автобиографии от 14 мая 1922 года: «Я сын крестьянина». И дальше: «С двух лет, по бедности отца и многочисленности семейства, был отдан на воспитание довольно зажиточному деду по матери».

В автобиографии 1923 года: «Сын крестьянина».

Ни в одной из трёх автобиографий мало того что по имени-отчеству отца не считает нужным назвать, но ещё и ни слова о нём не говорит — хотя с тёплыми чувствами вспоминает деда, бабку и дадьёв по материнской линии и тем более поэтических учителей.

В автобиографии 1924 года у отца наконец появляется имя — но более ничего. И здесь Есенин в который раз пишет о бабке, деде с материнской стороны, няньке; появляется припадочный дядька; упоминает он Городецкого и Блока.

В последней автобиографии 1925 года нет ни отцовского имени, ни «сына крестьянина» — зато снова: дед, бабушка, дядья; всё те же поэты старшего поколения, однажды признавшие в юном Есенине если ещё не равного, то достойного.

Отец между тем потерялся.

Что же у нас с отцом?

Александр Никитич в ранней юности пел в церковном хоре дискантом. Возили его на свадьбы и похороны: красивый, поёт. Что-то в этом уже есть от будущей судьбы его сына.

Матери — то есть бабушке Сергея Есенина — предлагали отдать Сашу в рязанский собор певчим. Но та рассудила иначе. Вместо храма угодил он двенадцатилетним мальчиком в Москву к мяснику. Всё, что успел накрестьянствовать, — в лучшем случае пацанские подсобные работы: сено поворошить, корову пригнать, подойник принести.

Проще говоря: никаким крестьянином Александр Никитич не был.

Есенинская поэтическая строчка: «У меня отец крестьянин, / Ну а я крестьянский сын» — это метафора.

Но «У меня отец лавочник, а я сын лавочника» — так не прозвучало бы.

Может, отец казался Есенину недостаточно, что ли, колоритным?..

(Деревенские вспоминали его как «тихого» и «скромного»; разве такой отец должен быть у будущего всероссийского хулигана?)

Пробыв шесть лет мальчиком на побегушках, Александр Никитич дорос до приказчика. (Сёстры Есенина, избегая слова «приказчик», имевшего в те времена исключительно отрицательные коннотации, называют его мясником.

Был мальчиком на побегушках, дорос до мясника — получалось вроде как отец скотину забивал сам; но нет — он, серьёзный и ответственный парень, присматривал за всеми остальными: считал, торговал, докладывал купцу.)

В 1891 году, 8 июля, восемнадцатилетний Александр Никитич женился на шестнадцатилетней Татьяне Фёдоровне Титовой.

Таня себе другого константиновского паренька желала — но родители её слушать не стали.

Невесту, чтобы не сбежала, не выпускали из дома, а накануне венчания посадили в подпол.

Венчаться повели прямо из подпола — холодную ещё, будто чуть ослепшую от солнечного света.

Свадьбу играли в день почитания Казанской иконы Божией Матери. В праздники, тем более престольные, венчают редко, но тут обе семьи были уважаемые, приметные, а жениху московский купец дал всего несколько отгульных дней.

Детей у них три года не было — не получалось. Свекровь, конечно, винила в этом молодую сноху.

Первым, в 1894 году, у них родился сын Пётр. Прожил десять месяцев и умер — 21 ноября того же года.

Вторым — 21 сентября (по новом стилю — 3 октября) 1895-го — появился на свет Сергей.

Зачали его через месяц, а то и меньше, после похорон первенца: ждать нечего, всё равно мужу скоро в московскую лавку возвращаться, а то другого приказчика найдут.

Родился Сергей в доме деда по отцовской линии. Крестили спустя три дня после рождения, в храме в честь Казанской иконы Божией Матери села Константиново. Назван был в честь преподобного Сергия Радонежского.

Имя выбрала мать, с отцом не советовалась. Бабка по отцовской линии пыталась возражать, но мать настояла на своём, и совершавший обряд священник Иоанн Смирнов её поддержал. Это была уже не первая размолвка снохи со свекровью и далеко не последняя.

Читать дальше

Великая тайна поэта Есенина | Polska Times

В начале был спектакль «Есенин», шедший с ноября 2009 года на сцене театра Атенеум. Сценарий написал Януш Гловацкий, музыку написала Елена Леоненко, а режиссуру взял на себя Юзеф Опальский. История безумного поэта, влюбленного в Айседору Дункан, борющегося с алкоголем и враждебной реальностью, чтобы наконец покончить с собой загадочным самоубийством, оказалась настоящим хитом на сцене. Теперь он вернулся в CD-версии.

26 песен, записанных на диск, составляют необыкновенную биографию необыкновенного человека. Большую роль здесь играют его стихи и проза, в т.ч. «Черный человек», «Московский трактир», «Сука» или «Письмо к матери». По ним Гловацкий реконструирует биографию Сергея Александровича Есенина, любовника, а затем мужа знаменитой американской танцовщицы. Именно благодаря этому роковому роману о поэте и по сей день ходит большая легенда в России. После его смерти в 1925 году (тогда ему было 30 лет) число его фанатичных поклонников не уменьшается.Его последователи до сих пор совершают паломничество на кладбище Ваганьки, молодые поэты читают там свои стихи, а женщины, очарованные очарованием его строф, зажигают свечи и кладут букеты.

И эту мистико-меланхолическую атмосферу можно обнаружить и на альбоме "Есенин". Самая большая заслуга в этом - Олена Леоненко, чьи атмосферные выступления хорошо отражают мрачность поэта и нелепость его жизненного выбора. Недаром одним из последних произведений этого альбома является исполнение «До свидания, друг мой, до свиданья», которое, как гласит легенда, было написано кровью за несколько часов до смерти, во время Рождества.

Леоненко отвечает за аранжировку альбома, но отметим и музыкантов, которые ей аккомпанируют. На аккордеонах играют Рафал Гжонка и Клаудиуш Баран, на ударных играет Роберт Сивак, а на гитарных соло играет Анджей Олевински. А тех, кто интересуется оригинальным творчеством Елены Леоненко, певицы из Киева, которая вот уже два десятка лет живет на Висле дома, отсылаю к другим ее альбомам: "Milości po Russian" и "Nocy z Wertyński", которые она записала вместе. с гитаристом Мареком Валавендером.

Елена Леоненко, Януш Гловацкий "Есенин", опубл. Польское радио, цена 40,50 злотых

видео

.

Признание хулигана 9000 1 "Исповедь хулигана. Есенин" - реж. Кшиштоф Ясинский - Театр Полония в Варшаве

Много лет назад Иннокентий Смоктуновский был моим любимым актером. В Краков они приехали с чеховской «Чайкой». Я смотрю первый акт, потом второй и вижу, что Смоктуновски ничего не играет. Я ожидаю, что он постучит в конце, но ничего подобного. Я пришел домой и понял, что он великолепен, потому что он не играл, не хвастался, а был своим героем.

С Анджеем Грабовским, исполнителем монодрамы "Спойедзь хулигана", реж. Кшиштоф Ясинский в Teatrae Polonia в Варшаве, интервью Яцека Вакара из еженедельника Wprost.

Яцек Вакар: "Исповедь хулигана" на стихи русского поэта Сергея Есенина - ваш самый личный спектакль. Вы сделали это впервые 25 лет назад в театре Scena Stu в Кракове. Вы помните себя из того времени?

Анджей Грабовский : - Тогда я понимал эту поэзию так, как понимаю ее сегодня, но не чувствовал ее так, как сегодня.Мне тогда было 40, я выглядел так, как выгляжу. Я сказал: «Может быть, завтра больничная койка / Великий покой подарит мне навсегда», и это было довольно далеко для меня. Когда я говорю эти слова сегодня, они становятся гораздо более правдоподобными. Поэзия Есенина проста для понимания, он не был слишком сложным автором. Однако в этом и есть сила этих произведений.
Они наполнены русской душой, русской душевностью, много сравнений с природой. Для этой женщины алкоголь - это все, на чем построена его жизнь.Это очень по-человечески. Я пою в спектакле то, что Есенин писал о себе - он родился в крестьянской семье и стал поэтом, пусть и с не очень большой, но цепляющей силой. У него была такая цепляющая сила, он ничего не скрывал, ничего не маскировал.

Эти линии не серые. Есенин писал, как жил - до конца шел.

- Он превратил поэзию в жизнь или жизнь в поэзию. Эти стихи заменяют биографию. В них он заключал всю свою судьбу. Любовь к России, к женщинам, потеря и освобождение в алкоголе.Своё последнее стихотворение «Прощай, мой друг», которое я говорю по-русски со сцены, кровью написал.

Вас объединяет привязанность к родине.

- Некоторые люди хотят дистанцироваться от этого. Они пытаются, но я не знаю, успешны ли они. Возможно, они устают от попыток скрыть от себя эти чувства. Не все знают и хотят признаться в своей ностальгии. Не у всех хватает смелости показать слезу, бегущую по лицу при воспоминании о детстве, родителях, старом псе.

Вам не стыдно.

- Если бы мне было стыдно, мы бы не сделали Есенина. Я говорю «мы бы сделали», потому что его режиссировал Кшиштоф Ясинский, но он вытянул из меня эту «Исповедь хулигана». Первую версию в Стью сделал сам. Лет десять назад Кшишек предложил мне вернуться к Есенину по фрагментам, которые потом записало телевидение. Тогда это не сработало. В прошлом году Кристина Янда предложила мне что-нибудь сыграть для нее. Я предложил Есенину.

Это зрелище о тебе.

- Помимо фрагментов спектакля 25-летней давности, мы используем много моих фотографий. Маленький мальчик это я, есть портреты с "Иридиона" но и с банкета. Я стою с закрытыми глазами, держу цветы, и я как будто лежу в гробу, и тогда я говорю: «До свидания, мой друг». Встречаемся с Есениным, хотя я не могу сказать, что я Есенин. Несомненно, мне это близко. Он родился в деревне между Калугой и Рязанью и скучал по ней, я родился в Алверне под Краковом и тоже все больше и больше идеализирую ее в своем воображении.Когда я прихожу туда сегодня, дубы у часовни кажутся мне намного тоньше, чем 60 лет назад. Это было по-другому, и все же это то, как я это запомнил. Сегодня они уменьшились. Тогда все было лучше и красивее, чем сегодня, лучше люди. Вопрос о памяти ребенка, идеализирующего прошлое, в то время ни за что не отвечал. Каждые несколько недель вспыхивает военная паника, и вам приходится приносить из магазина мешок сахара и муки, но вы быстро об этом забываете. Однако каждую среду в Алвернию приезжает передвижной кинотеатр, люди со стульями идут в общую комнату, окна накрываются одеялами, а фильмы демонстрируются на простынях.Я впервые увидела телевизор у вашего врача, никогда раньше не думала, что такое может существовать. Я скучаю по этому миру, потому что мне там было хорошо и тепло. Хотя плохо. Мы топились в печах, значит, это был смог, но я как-то не подумал об этом. «Меня нежно тошнит от воспоминаний о моем детстве», — писал Есенин. Я тоже этим болен. Мне легче в этом признаться, когда я прячусь за есенинскими текстами. Я согласен с Сергием, но всегда могу сказать, что это не я, это он.

Если бы это было возможно, подружились бы вы с Сергием?

- Можно было бы, но я бы немного испугался.Я учился в 70-е годы.Это было время детей цветов, говорили: "Кто не пьет, тот капает" Все пили, курили, была марихуана, отношение к женщинам было очень спокойное. Так было тогда. Мы любили хулиганов вроде Есенина, или Окуджавы, или Дилана.

Ты хотел быть как они?

- Может быть, люди и видели меня таким, но мне и в голову не приходило, что я могу быть таким. Я не думал, что мне так любопытно. Отсюда и мои роли, когда я прячусь за персонажами.Я считаю, что я характерный актер, потому что это интереснее, чем показывать себя людям. Если кто-то думает, что я Фердинанд Кипски или Гебельс из «Питбуля», то ошибается. «Исповедь хулигана» — первый спектакль, где я говорю что-то от себя.

Вы были вокруг кривых. Когда-то многих из вас из театральной школы никогда не выгоняли.

- Повторяю третий год. Ежи Яроцкий, занося меня двоих в индекс, сказал то, за что я тогда обиделся. Что я буду актером, но я слишком глуп, чтобы закончить этот колледж сейчас.Я быстро пришел к выводу, что она была права, и изменил свое отношение к жизни.

Неудача учит большему, чем успех.

- Конечно. Когда ты падаешь, ты должен вставать. Пару раз в жизни я получил эту задницу в задницу, и это была настоящая наука. Я собирался играть и увидел, что друг берет все роли. В Тарнуве я сыграл все, но ушел в течение сезона, потому что поссорился с режиссером, немного из-за образа жизни в Есенине. Тогда мой брат Миколай был директором Словацкого театра, но власти выгнали его, так что я оспаривал нового директора и не играл.Я пошел в Старый театр, но именно оттуда меня через пять лет выгнала Кристина Мейснер. Я начал играть Кипски, думая, что будет несколько серий, и это продолжается уже 19 лет. Потом началась охота. Что нехорошо делать такие вещи. Сейчас, для разнообразия, говорят, что это культовый сериал. Среди так называемых высокий интеллект. По этой же причине мне нравится прятаться за фигурой, хотя в жилетах, которые я ношу, я гораздо больше, чем обычно. С тростью с толстым слоем макияжа было бы проще выйти на улицу.Тогда вы можете играть сильнее и плакать. Но будет ли это нужно?

Вы знаете - играть меньше значит играть больше, чем играть слишком много.

- Януш Гайош как-то сказал мне, что стал актером, когда научился контролировать свои эмоции. Научить кого-то смеяться или плакать на сцене очень легко. Важно не показывать игру на сцене. Несколько лет назад Иннокентий Смоктуновский был моим любимым актером. В Краков они приехали с чеховской «Чайкой». Я смотрю первый акт, потом второй и вижу, что Смоктуновски ничего не играет.Я ожидаю, что он постучит в конце, но ничего подобного. Я пришел домой и понял, что он великолепен, потому что он не играл, не хвастался, а был своим героем. Актерская игра такова: сегодня я играю лысого Гебельса в «Питбуле», еду во Вроцлав, где мне надели парик Фердека Кепского, а потом в Кракове в Театре им. Словацкий надел костюм Аргана в «Больных бредом» и, наконец, я возвращаюсь к Есенину. Кроме того, Чехов в Театре «6-й этаж», и я иногда стою с микрофоном по полтора часа, выступая в стендапе.И у меня нет никакого реквизита, помощь из ниоткуда. Они должны смеяться, потому что, когда наступит тишина, я должен уйти со сцены, а касса вернет деньги за билеты.

Вы в бегах. Вы иногда отказываетесь от своих ролей?

- Конечно. Я отказался от «Короля Лира» с Кшиштофом Ясинским, потому что после нескольких попыток понял, что это не для меня. Я бросил несколько серий, потому что не хотел дублировать себя. Есть Фердек Кипски и этого достаточно.

Ты злишься, когда тебе вслед кричат ​​"Фердек, Фердек".

- Меня бесит, потому что это обычно идет с похлопыванием: "Приходи на пивоварню или сет, сайку". Я могу быть грубым и сделать лицо Гебельса. А этот бедолага такой классный, а тут отказывается, а машина приличная. Может быть, он вовсе и не безработный... Однажды один актер обвинил другого в том, что у него свой ящик. Он ответил, что гордится этим ящиком, потому что он его создал, и что у многих других актеров он не вызывает никаких ассоциаций. Я благодарил Бога за Гебельса, потому что это позволило мне не хлопнуть себя в ящик стола с Фердеком.Этой цели служит «Исповедь хулигана», потому что некоторые люди придут к Фердеку, что «будут балы». И когда они придут, они останутся до конца и будут слушать.

В ваших последних ролях, например, в «Демоне» Марчина Вроны или «Покоте» Агнешки Холланд, агрессия прорывается сквозь кажущуюся веселость.

- Из "Питбуля" меня обычно изображают очень неприятным гостем. Я только что играл в "Ах, спи, милый" Кшиштофа Ланга о серийном убийце Мазуркевиче, тоже весьма неприятной персоне - прокуроре УБ, который, обвинив героя, как следует его защитил, помешал его осуждению.Может быть, это мое изображение изменит эпизод в «Письмах в М. 3», где я должен быть отцом Томека Каролака. Это должен быть стильный бомж во фланелевой рубашке, но с галстуком-бабочкой. Есть люди, которые, несмотря ни на что, носят на себе след былой элегантности. Однако я никогда не играл кого-то вроде "Исповедь хулигана" в кино, и с таким героем себя идентифицирую больше всего. Он кто-то жесткий, иногда даже брутальный, но тонкий и лиричный внутри. Есенин написал «Прощай, друг мой» и повесился. Кто-то скажет, что это пафосно, но все дело в том, кто пишет и какие стихи пишет.Потому что стоит писать только о жизни, любви и смерти. И все об этом пишут - одни великие, другие безнадежные.

Кто-нибудь из ролей мистера себя удивил?

- Яська в "Веселе" Вайды, мне тогда было 39 лет. Я встретил господина Анджея и спрашиваю, почему он придумал меня в этой роли. Он говорит, что видел «Сценарий для трех актеров» Шеффера, и мы там играли, как будто нас и не было. Его это очень удивило. Он говорит, что хочет, чтобы я был Ясеком, которого в Старом театре никто не ждет.Вайда дал мне только одно замечание - что я должен выйти на сцену, как кошка. Этого было достаточно. Я дополнил его своими идеями - выкурил сигарету, а когда всех позвал на работу, достал картошку из ведра и начал чистить для примера. Во время репетиции Кристина Захватович спросила Анджея, для чего картошка. Он сказал, что это лучшее, что есть в сериале (смеется).

Скучаете по старым труппам, по жизни после спектаклей?

- Хотя я живу в Варшаве и приближаюсь к пенсионному возрасту, я все еще работаю в Театре им.Словацкого в Кракове, где я уже 15 лет играю Аргана в «Больном бредом» Мольера, потому что на него до сих пор есть публика. Я хожу в основном в театры без постоянного ансамбля
- в Полонию, в Имку, на 6-й этаж, в Стю. Я словно прохожий, чтобы снова вызвать Есенина. Но старых театральных трупп больше нет. Раньше вы ходили в СПАТИФ после спектаклей. Ты больше не ходишь.

Вы сделали публичные комментарии о реальности. Актер имеет право говорить о своих взглядах или он должен ограничиться игрой?

- Мои взгляды довольно хорошо известны.Однако я не считаю, что все, что я делаю, воспринимается как политическая декларация, потому что сегодня все политическое, а это уже немного ненормально. Я боюсь, что это может скрыть мою работу, а я этого не хочу. Я тоже не хочу драться. Перед выборами могу сказать, за кого я буду голосовать - вперед.

Что вам больше всего нравится в Польше и что вас раздражает?

- Я рад, что чувство юмора у нас еще не умерло. Есть отличные шутки, хорошие фильмы, хорошие книги, хорошие театральные представления.И меня раздражает заявление о том, что Польша лежала в руинах. Боюсь, что однажды он не будет лежать в руинах.

___

Анджей Грабовский - приобрел известность благодаря телевизионным постановкам: "Мир глазами Кепского", "Блондинка" и "Злотопольское". В сериале «Питбуль» и других кинокартинах из этой серии он сыграл старшего аспиранта Яцека Гоца, пс. Гебельс. Когда-то известная по краковским сценам, она все чаще выступает в Варшаве. Только что состоялась премьера его монодрамы "Spowiedź huligana" в театре "Полония" в Варшаве.

.

Что такое стихи Есенина о Родине?

Тема Родины была одной из главных в творчестве Есенина. Выходец из народа, он всегда беспокоился о судьбах простых людей и от всей души желал процветания родному селу.

Какие стихи Есенина об Отечестве?

"Ты моя Шаганэ, Шаганэ..." - тоска по покинутой Родине

Это стихотворение, написанное в 1924 году, является частью романтического цикла «Персидские мотивы». На самом деле Есенин никогда не был в Персии, и поездка на Кавказ дала ему пищу для воображения.Шаганэ, которой поэт посвящает сердечные стихи, — его хороший друг, учитель из Баку. Вдохновленный Есениным, он написал стихи на третий день после знакомства с девушкой, чем очень ее удивил. Хотя стихотворение можно отнести к любовным текстам, лейтмотивом здесь являются воспоминания о Родине и ностальгия, щемящая душу. Лирический герой выражает нежную симпатию к героине, но свои чувства к ней выражает через рассказы о своей родине.

Шаганэ появился в нескольких произведениях на «персидские темы».

"Вечер курит, кот на барной стойке спит..." - фото сельской России

Это короткое стихотворение, состоящее из 5 куплетов, ясными и точными мазками рисует картину русской деревни. Все образы, описанные поэтом, представлены правдиво и ярко. Есенин представляет отличительные черты своей семейной сельской жизни – скромный пейзаж, соединенные между собой колосья, резные рейки деревянных домов. Вечер здесь тихий и тихий, и люди ложатся спать на закате.Молитвы и святыни являются неотъемлемой частью сельской жизни. В этом стихотворении Есенин идеализирует деревенскую жизнь и светлым чувством напоминает жизнь в родном селе.

"Ленин" - принятие революции

В этом стихотворении Есенин отдает дань уважения Ленину, называя его вождем народа и освободителем от имперского гнета. Как и во многих стихотворениях советских поэтов, здесь образ Ленина идеализирован. Описывает его «крепким словцом», «простым и милым» внешним видом. Есенин видит в Ленине освободителя крестьянства от помещичьего ига, реформатора и освободителя.Однако смерть вождя вызвала смятение у народа, и начались боевые действия. Поэт осуждает тех, кто разжигал ненависть и начинал революционную борьбу.

Поэма "Ленин" является частью поэмы "Прогулка-поле".

"Советская Россия" - отражение эпохи

года

Есенин принял революцию, увидев в ней потенциал развития села. Однако прошли годы, и поэт стал замечать, что мечты революционеров не находят отражения в реальности.В философской поэме «Советская Россия» Есенин рассуждает о произошедших переменах и приходит к выводу, что его поэзия больше не нужна. Он с горьким чувством замечает, что древняя, многовековая сельская культура теперь уничтожена. молодые люди поют новые песни и живут новыми ценностями. Но, несмотря ни на что, поэт отказывается подчиняться новой идеологии и продолжает прославлять старую крестьянскую Россию.

.90 000 Поэзия, алкоголь, кокаин и женщины

Поэзия, алкоголь, кокаин и женщины сыграли важную роль в его жизни. В театре Атенеум в Варшаве идут репетиции премьеры музыкального спектакля о русском поэте Сергее Есенине. Сценарий написал Януш Гловацкий, музыку написала Елена Леоненко.

Есенин покончил жизнь самоубийством или, говорят, был убит, когда ему было всего 30 лет. Его биографические данные можно разделить на несколько человек.Он был женат пять раз. Одной из его жен была известная роковая женщина Айседора Дункан, американская танцовщица. Их отношения продлились всего три года, но многочисленные скандалы, героями которых они были, сделали их одной из самых легендарных пар ХХ века. Их отношения были страстными и трагичными одновременно.

Как напоминают создатели спектакля, на Ваганском кладбище, у могилы русского поэта, по сей день продолжается трогательное и мрачное зрелище. Каждый день здесь появляются свежие цветы, поэты читают свои стихи, зажигаются свечи и молятся женщины.Русские не верят в самоубийство Есенина, называют его мучеником русским. Во всяком случае, вокруг этой смерти есть довольно много знаков вопроса. Авторы последних публикаций о нем утверждают, что это было политическое убийство. Для пожилых россиян этот поэт — некий святой, для молодых — русский Джим Моррисон.

Главным действующим лицом спектакля являются стихи. «Московский трактир», «Черный человек», «Письмо матери», «Песня про стерву». Специально для этого спектакля Елена Леоненко написала

музыки.

Аудио

послушайте мой разговор с художником

Для видеопроигрывателя требуется, чтобы в браузере был включен JavaScript.

Аудио

здесь можно послушать одну из песен из шоу

Для видеопроигрывателя требуется, чтобы в браузере был включен JavaScript.

Аудио

Януш Гловацкий — автор сценария

Для видеопроигрывателя требуется, чтобы в браузере был включен JavaScript.

Премьера спектакля в постановке Юзефа Опальского состоится 27 ноября в театре Атенеум в Варшаве.

Катажина Собеховска-Шухта .

Сергей Есенин "Пугачева": краткое содержание драматической поэмы

Восстание Пугачева оставило след в русской истории. Однако многие эксперты дают этому весьма неоднозначную оценку. Давайте рассмотрим тему «С. Есенин «Пугачева»: краткое содержание» и обратите внимание, как за событиями этого времени наблюдает великий поэт. Работы, кстати, поддерживает идею «хорошего царя».

Пугачева

Да, у нас есть произведение, написанное Сергеем Есениным.«Пугачева», являющаяся кратким обзором содержания, в настоящее время представляет поэму в нескольких главах. В каждом из них описаны самые интересные события, практически соответствующая историческая хронология.

Посмотрим, где начинал работать Есенин. Поэма «Пугачева» впервые рисует нам образ главного героя, который приезжает на Яик и в беседе с местным дворником (Козаком) узнает о мечтах и ​​надеждах людей на нового царя, который сможет дать ему свободу.

Эта идея воина и бунтаря настолько увлекла природу, что он решил создать собственную силу, чтобы сделать эту мечту нереальной. Тонко подмечено Сергеем Есениным: Пугачева (резюмируя стихотворение, но все-таки говоря о нем правильно) обратилась за помощью к калмыкам, пытаясь убедить их дать ему войско в поход. Но до его завершения еще далеко.

"Мужицкий" король

Если анализ произведения написанного Сергеем Есениным поэмы «Пугачев» ясно выражает то мечты народа о «хорошем» царе.В этом смысле аналогия с Петром III, который, может быть, дал бы людям относительную свободу. Но кажется, что в сегодняшней перспективе все эти мысли — чистая утопия.

Изначально всем лучше, чем когда-либо. Атаман Пугачева в окрестностях Кирпичникова, а затем каторжник Хлопуша сбежал. Именно с его низложения у Пугачевой стала преобладать мысль о «крестьянском» царе. Хлопуша требует, однако, захватить Уфу для усиления артиллерии повстанцев.

Шеф Зарубин, мастер переманивания солдат на сторону повстанцев.Благодаря его усилиям весь гарнизон был израсходован без боя и присоединения к восстанию. Но главная угроза будущему.

Раздор в лагере Пугачева

Со временем становится понятно, что повстанцы не так просты и гладки, как может показаться на первый взгляд. Кое-кто из сыров, которыми занимается Крямин, явно недовольны положением дел и скорее думают, что Пугачева вопрос о царских войсках (видимо, за достаточно большое вознаграждение, а не по убеждению).

Именно эти двое способствуют тому, что довольно сильная и организованная армия начинает паниковать. И знаете, это не хорошо для ваших перспектив. Что происходит. Армия и ее лидер перестают существовать.

И что наконец?

А чем заканчивается стихотворение Есенина? Пугачев (краткое содержание рассмотренных выше произведений) становится фигурой, символизирующей волю русского народа сбросить с себя оковы. Естественно, его судьба в то время не могла сложиться иначе.Это подтверждают последние линейки продуктов, в которых читатель видит только плачущие деревья, да тоску русских степей и солончаков. К сожалению, на самом деле погибает герой, именно этот одиночка не стоит за идеей в борьбе со всей империей.

.

Гондович: Федецкий был автором нашумевших переводов Высоцкого

Зимовит Федецки скончался в Варшаве в возрасте 85 лет, - сообщает Малгожата Бродацкая из ежемесячника "Twórczości".

Гондович, литературный критик и переводчик, считает смерть Федецки «потерей для польской культуры», хотя, как он отметил, в качестве переводчика он десять лет хранил молчание из-за своего возраста.

По словам Гондовича, биография Федецкого в некоторых отношениях достойна романа, чрезвычайно интересна.«Он принадлежал к прыщавому поколению и, как показывают биографии этого поколения, ему приходилось сжигать все, что он любил, и любить все, что он курил».

Федецкий, вспоминал Гондович, происходил из дворянского рода под Лидой, жил тогда в Вильно, во время пяти оккупаций, и испытал на себе все последующие осложнения».

«После войны, — сказал он Гондовичу, — Федецкий должен был стать человеком большого доверия, так как в Борейше в Чительнике в 1948 г., с этим большим пропагандистским и издательским проектом, он взял на себя отдел русской литературы.

В 1950 году стал культурным атташе посольства Польши в России. «Федецкий в некотором роде играл роль человека Запада по отношению к Востоку и человека Востока по отношению к Западу, что-то вроде Высоцкого», — говорит критик.

«Дружба Федецкого с Пастернаком, засвидетельствованная в русских исходных текстах, дала такие плоды, — говорит Гондович, — что переводчик привез экземпляр «Доктора Живаго» в Польшу еще до того, как книга была серьезно рассмотрена русскими издателями».Федецкого привели к публикации отрывков из «Доктора Живаго» в журнале «Варианты» на рубеже 1957 и 1958 годов», — добавляет критик.

Рукопись «Доктора Живаго» впоследствии была передана на хранение в Государственный издательский институт. Однако публикация не состоялась.Ибо, когда Хрущев призвал Пастернака отказаться от Нобелевской премии, Федецкий отозвал книгу из издательства.

По словам Гондовича, у Федецкого была ключевая должность переводчика, поскольку он также руководил русским отделом творчества с того момента, как журнал перешел к команде Ярослава Ивашкевича.«И это было, — добавляет он, — очень хорошее место для переводчика: он получил всю русскую прессу, мог побывать во многих местах, куда поляков вообще не пускали».

По мнению одного критика, заслуги Федецки и как «культурного посредника», и как отличного переводчика относятся к концу 1950-х гг., 60-е и 70-е огромные.

Благодаря ему, - вспоминает Гондович, - в "Диалоге" появился роман Михаила Булгакова "Театральный роман". Он также открыл для польского читателя группу русских писателей, таких как Катаев, Аксенов, Трифонов.

Гондович также указывает, что большой областью переводческой деятельности Федецки была поэзия. «Его двухтомный сборник русской поэзии, подготовленный вместе с Ворошильским, не имел себе равных в Делюди. Он фантастически перевел Есенина, Высоцкого».

По словам Гондовича, Федецкий вел вечную борьбу на ниве русской литературы с другим переводчиком и знатоком русской культуры Анджеем Дравичем.«Это был настоящий набор гладиаторов, открывших в себе новый талант, новый роман, томик стихов».

Федецкий был незаменимым человеком, - добавлял Гондович, - "в популяризации русской литературы, пока не появились самиздатовские издательства, пока книги не стали завозить с Запада, пока в России не тронулся лед".

.

Сергей Александрович Есенин Я очень люблю свою Родину. Сергей Александрович Есенин я люблю свою родину я очень люблю свою родину цветы

К ней прикасается большинство поэтов Серебряного века

В его произведениях тема любви к Родине. Начало ХХ века – время борьбы старого и нового, время великих поворотов в истории России. И, конечно же, Сергей Есенин и Александр Блок не могли оставаться равнодушными к судьбе своей страны. Уже в ранних стихах этих поэтов мы видим, насколько сильна их любовь к русской природе, к своей родине.Природа и родина неразделимы в их творчестве. Своеобразие стихов Есенина в том, что они передают ощущение единения человека с окружающим миром. Россия пришлась Есенину в сердце с ранних лет. И огонь зари, плеск волн, серебряная луна и шорох

Камыши, бескрайняя синева неба и голубая гладь озер - вся красота родины с годами отлита в стихи полные любви к земле русской. Автор дружно говорит с кленом, с любовью говорит о ветерке, с любовью говорит с березой.Эти пейзажи выражают большую любовь к Родине:

О Русь - малиновый папа

И синеву, что в реку упавшую -

Люблю до радости и до боли

Твою тоску по озеру.

Таким же неисчерпаемым чувством любви наполнено оригинальное произведение А. Блока. Поэт в своих стихах

Любуется русской природой, преклоняется перед ее красотой, ее необыкновенным очарованием и простотой одновременно:

Это единственное - Россия... еще леса, поляны,

И страна дороги и шоссе,

Наши русские дороги

Наши русские туканы

Наш шорох в овес...

Блок говорит о том единственном, что его спасает в этом

Трудное время, которое он выводит из «ненавистного круга бытия»,

Это вселяет в душу покой и тишину.

В произведениях Блока мы чувствуем его любовь к русскому народу и гордость за него, мы понимаем, как искренне

Блок переживает за судьбу больного русского

Сердце земное вновь замирает,

Но я встречаю холод в моей груди.

Я держусь за людей в пустыне

Несбывшаяся любовь.

Что-то подобное можно найти в стихах Есенина. С раннего детства он был привязан к деревне, к простому русскому народу. Для меня стихи Есенина – пример безграничной преданности Родине: в тяжелые исторические времена Есенин не бросил Родину, приняв Октябрьскую революцию. В своих стихах он сравнивал это время с бурей, с ветром, который сеял панику по всему свету, сметая все на своем пути: Кричали черные вороны: настежь страшные беды, во все стороны кружит ствол, пена с озёр развевает свой саван.

Не только Есенин сравнивает эти страшные времена с бурей, ветром. Те же чувства отразились в стихотворении Блока «Дванасье».

В стихотворении "Двенадцать" собраны все основные темы поэзии Блока. Блок относится к революционным событиям амбивалентно: с одной стороны, это страшный «черный ветер», сметающий все старое, а с другой стороны, это ветер, несущий перемены, новую жизнь и надежду: Черный ветер. Белый снег. Ветер, ветер!

Мужчина не стоит.Ветер, ветер - На всем свете Божий.

Оба поэта всем сердцем и душой хотели помочь России. Есенин в патриотической манере старается нести некоторые невзгоды на своих юных плечах, и оттого некоторые его стихи звучат как клятва верности Родине: Если святое воинство вопиет: Бросьте Русь, живите в раю! Я скажу: Рай не нужен, дайте мне родину,

Блок в желании помощи призывает к действию. В его стихах чувствуется невероятная активность, желание что-то изменить и великая вера в будущее: О, я хочу жить безумно: Все существующее - увековечить, Безличное - очеловечить, Неисполненное - воплотить.

И Есенин, и Блок мечтали о счастье своего народа, хотели видеть Россию свободной и великой. Мы чувствуем это в их поэзии. Есенин писал: «Мои тексты одушевлены одной большой любовью — любовью к Родине». Или слова Блока: «Я сознательно и бесповоротно посвящаю свою жизнь этой теме». В поэзии Блока и Есенина не одно поколение нашло для себя что-то очень важное и сокровенное, научившись любить свою Родину:

В некоторых тревожных стихах есть ответ: Их тайное тепло поможет тебе жить.

Спонсор: В последнее время чтение стало популярным.

Приглашаем всех принять участие в этой акции и подписать ее
ЗАЯВЛЕНИЕ

Страница 3 из 12

«Мои тексты одушевлены одной большой любовью – любовью к Родине. Чувство дома — самое главное в моем творчестве», — сказал С. Есенин о главной теме своих текстов. Ведь именно тема любви к родине - России - красной нитью проходит через все творчество поэта.Поэт ставит домашнюю жизнь выше жизни в раю:

Если святое воинство кричит:
"Брось ты Россию, живи в раю!"
Я скажу: "Рай не нужен,
Дайте мне мою страну!"

Родина у Есенина иная, образ ее противоречив, как противоречив и русский национальный характер. С одной стороны, Россия — страна смирения и послушания. На страницах произведений Есенина воскресли образы нищих, богомольцев, монахов, являющихся живыми воплощениями послушания судьбе («За горами, за желтыми долинами...», «Калики», «Снова узорчатые...», «Пойду в Скуфью смиренным монахом...» и др.). Характерным признаком пейзажа раннего Есенина является церковь, а визитной карточкой церковной лексики являются слова «Осанна», « трибуна», «алтарь», «мощи» и т. д.
Однако ранние произведения поэта обнаруживают неоднозначность его отношения к странникам и паломникам. Так, в поэме «Калика» присутствует элемент пародии. Позднее, в зрелом Есенине, тема смирения почти полностью исчезает, и ее место занимает нить дерзости и хулиганства.
Начало «рева», «грабежа», по Есенину, тоже особенность России и русского народа. Тема «дерзости» и «хулиганства» наиболее ярко проявляется в таких произведениях, как «Хулиган», «Исповедь хулигана», сериале «Московский трактир».
"Хулиганские" стихи поэта имеют разные оттенки. Или говорит об этом с настоящей трагедией: «Ходит слава, что я развратник и дебошир», потом с легкой иронией: «Я хулиган, хулиган...», иногда в стихах поэта чувствуется эпатаж :

Вот что это такое
Никого не уважаю
Золотую песню плету,
И иногда лицо в копоти.

«Блуждающие» мотивы в текстах поэта следует понимать в свете его общего восприятия действительности. По художественной концепции Есенина вор как человек стоит выше обычного торговца, заботящегося только о собственном благополучии. Вор живет «горя», а обыватель живет в постоянном страхе перед реальностью. Так и сам Есенин переоделся в «нищебродскую» одежду, чтобы «ярче гореть». Почувствовав, что может утонуть в болоте мещан, Есенин принялся «скандировать».
Еще одна черта России и русских — анархическое, стихийное начало.В таких произведениях, как «Песнь о еврейских коловратах», «Усы», «Марфа Посадница», Есенин поэтизирует русских свободных людей. Последнее стихотворение наиболее характерно в этом отношении. Он контрастирует с образами Марфы Посадницы и московского царя Ивана Грозного. Симпатии автора явно на стороне Марты. Правитель Новгорода, население города, восстает против самодержавной власти, защищая свободолюбивые союзы своих предков. Анархический порядок правления в Новгородском вече, представленный автором как идеал, противопоставляется в произведении, объединяющем устремления первого царя в истории России.Все в картине Марты, по замыслу автора, должно подчеркивать красоту и величие:

Марта закинула правую ногу на крыльцо,
Левой рукой махнула марокканским каблуком.
Если бы это было так, - сказала она кротко, двигая черными бровями, -
Не ручьи-окропители росистых цветов...
……… ………… ……… ………… ………
Марта заговорит серебряным голосом...

Пока вестник Новгорода, которому служат ангелы, общается с Богом, пишет ему письмо и получает ответ: «Царь Московский вызывает антихриста».Иван Грозный идет на сделку с Сатаной, продает ему свою душу. На бумаге, данной дьяволом, он собственной кровью подписывает:

.

Король ударил его кинжалом по локтю
Он перекрестился и прижал руку к полу.

В конце произведения выражается вера в возможность исполнения завета св. Дерзкий вызов королю

А пойдёмте, воины, сокола ловить,
Пошлем нечистоту с просьбой к королю:
Чтоб дал нам царь ответ в сей битве,
Чтоб не застигла заря Новограда.

В Марфо-Посаднице Есенин предстает противником государственности и сторонником новгородской анархистской системы самоуправления.
Анархическое начало в творчестве Есенина наиболее сильно проявилось в его «революционных» стихах («Товарищ», «Пантократор», «Небесный барабанщик», «Октоих» и др.). Он поет гимн стихии, разрушая старые устои и порядки. То, о чем мечтал Есенин в «Марфе Посаднице», сбылось. Везде слышен «звон Волхова и пир Буслаева», во вселенском вихре «крутились Волга, Каспий и Дон».Этот поток, неотъемлемой частью которого является поэт, призван подорвать и разрушить «мир эксплуатации массовых сил»:

Руками трясем небо,
Руками трясем тьму
И в тонкий колос
Дышим звездной травой.

Поэт видит в революционном вихре чудесного освободителя «умирающего человечества, к которому он простер руку... как прокаженному и сказал: «Возьми свою постель и ходи». На развалинах старого мира рождается чудесным образом исцеленное человечество, уже не «в слепоте рождения».В напряжении ожидания светлого будущего, в представлении шествия преображающихся стихий и, наконец, в образах реализуемой на земле «вечной правды» Есенин максимально близок к одному из главных идеологов анархизма. , М. Бакунин. Отчаянное богоборчество Есенина похоже на бакунинское. Бакунин утверждал, что Христос должен быть заключен в тюрьму как ленивый и бродяга. И вот Есенин грозит Богу «выдрать ему бороду» и «выплюнуть» тело Христово изо рта. Как известно, М.Бакунин рассматривал разрушение как творчество, утверждая, что «радость разрушения — это также и радость творчества». Достаточно прочитать Инонию Есенина, и оказывается, что поэт мыслит теми же категориями. Он наслаждается возможностью перевернуть и разрушить старый мир и получает удовольствие от разрушения:

Теперь на вершины звезд
Я поднимаю тебя, земля!
……… ……… ………
... Весь воздух выпью...
……… ……… ………
Снежные рога на обоих столбах
Я кричу клешнями рук.

Я прижму экватор коленом
И заплачу под бурей и вихрем.
Разрежь нашу матушку-землю пополам
Я сломаю ее, как золотой свиток.

Русская стихия становится предметом особого внимания поэта и в поэме «Пугачев». Главный герой в этом произведении отмечает:

Кто может сказать, что он распространяется?
Бродяги и ренегаты?
Это русские сходят с ума!

Это замечание смещает акцент с классового характера восстания на его общерусское значение.Это Пугачев имел в виду? Точнее, Есенин? Конечно, все та же «неразумная, непросвещенная и не поддающаяся просвещению», по выражению мыслителя и философа Н. Бердяева, стихия русской души.
Есенинский Пугачев утешает себя иллюзией, что ему удастся сдержать мятежников и контролировать мятеж («пусть он плывет по безводным степям, как корабль»), но терпит неудачу: он сам становится жертвой мятежа.
В другом стихотворении Есенина «Страна бродяг» представлен образ героя, называющего себя анархистом.Это бунтарь Нома.

... Я гражданин Вселенной,
Живу как хочу! -

заявляет, отправляя «к черту» государство, «которое он бросил как напрасную мысль, потому что понял… что все это есть соглашение, соглашение животных разных мастей». Анархистский протест Номача — это попытка бегства от реальности, вызов миру, обманувшему надежды человека на лучшую жизнь.
Не только Номах в беде, через этот образ поэт показывает трагедию многих изуродованных революцией россиян.

банды! Банды!
Всю страну, -
говорит герой
Куда ни глянь, куда ни пойдёшь
Видишь в космосе
На коне
И нет коней
Закалённые бандиты прыгают и ходят.
Все равно
Разочарован, как и я...

Есенинский писатель, тоже деревенский писатель П. Орешин, говорил, что «никой другой поэт не показал с такой убедительной силой русскую стихию».
Еще одна важнейшая черта России в восприятии С.Есенин – это религиозность русского народа. Однако необходимо подчеркнуть эту черту, отличавшую религиозность поэта и подавляющего большинства русской интеллигенции от православной веры. В христианстве Бог «над нами», в системе координат Есенина он «перед»: Царство Божие должно осуществиться не на небе, а в реальной земной жизни в будущем. Название этого земного рая может звучать по-разному: «социализм или рай», «инония», «крестьянский рай», но суть не меняется.К какому Богу молится человек: к тому, что «наверху» или к тому, что «перед нами», самый принцип, лежащий в основе всякой религии, остается одним и тем же: вера, иррациональный опыт человека. «Мы верим, — писал Есенин в «Ключах Марии», — что чудесное исцеление теперь породит в деревне еще более просветленное чувство новой жизни. Мы верим, что теперь пахарь пробьет окно не только забралом к ​​Богу, но и всем глазом размером с земной шар.
Однако роль певца, художника, выразившего в своих произведениях наступление новых времен, не удовлетворяет Есенина.Его мысли идут дальше — поэт почти чувствует себя новым Мессией:

Я не боюсь смерти
Ни копья, ни стрелы дождя, -
Так говорит Библия
Пророк Есенин Сергий.

В обществе будущего Есенин занимает ведущее место в искусстве. Возрождение искусства — главная задача революции. «Люди должны научиться читать забытые знаки», — писал Есенин.
В будущем религиозные устремления поэта рухнут. На смену им придет разочарование жизнью и пессимизм.
Еще одной важной чертой прославленной Есениным страны является вера в мессианскую судьбу России.
Сама идея мессианства вытекает из необъятности, огромности русских пространств. Государство, занимающее пятую часть суши, не может не играть решающей роли в жизни цивилизации, - конечно рассуждал Есенин, и его точка зрения была подготовлена ​​многочисленными предшественниками, сторонниками русской идеи, в том числе к ним можно отнести подавляющее большинство русских мыслителей. Вот что, например, Н.Бердяев: «Россия должна быть освободительницей народов. Эта миссия заложена в ее особом духе», «Русская душа… вечно грустит от страданий людей и всего мира, и муки ее не знают удовлетворения» и т. д. 10 ч. В «Поющем зове» Есенин провозгласил: «Гори, звезда Востока». В «Книге сельских часов» он провозгласил Россию «писцом третьего завета». Не национально, а глобально, думал поэт: «Радуйтесь! Земля предстала как новая купель!..В яслях зародилось пламя за мир во всем мире!» Революция должна изменить не только российскую действительность, но она изменит жизнь во всем мире. Русский народ призван сыграть уникальную роль в изменяющейся мировой цивилизации. В то же время поэт отрицал какое-либо значение других народов в переустройстве земной жизни. Их «сынам не понять» «нашего северного чуда», считал Есенин. Он даже угрожал

И говорю тебе Америка
Откололась половина земли, -
Бойся морей неверия!
Железный стартовый корабль!

Не дайте себя обмануть чугунной радугой
Нив и гранитными реками.
Только вода свободной Ладоги
Человек пробурит жизнь.

Опасность таких идей нельзя не заметить. В конечном итоге они сводятся к тому, что один народ имеет право навязывать свою волю другому. А Есенин заявляет: русский «голод, холод и людоедство гораздо лучше «североевропейской жизни». «На Западе все остановилось, — говорит он. А раз так, то «только нашествие таких варваров, как мы, спасет и отстроит их».
Вера в русский мессианизм вытекала из горячей любви Есенина к своей стране и ее бескрайним просторам.Чувство любви поэта к родине настолько сильно, что распространяется даже на те стороны русской жизни, которые, может быть, и не следует любить. Так, в стихотворении «Ойчызно!» поэт заявлял: «Я люблю ваши пороки, пьянство и разбой…». А в произведении «Небо синее, разноцветный свод…» он написал:

Многие из вас Родина своим лицом
Сгорели и разлагаются в сырых шахтах.
……… ……… ……… ………
Только я верю: не живи этим
Кто разлюбил твою тюрьму и тюрьму...
Вечная правда и шум лесов
Наслаждай душу под звон оков.

Есенин не делал разницы между силой Родины и ее мнимыми достоинствами. Он вполне сочувствовал точке зрения В. Розанова, утверждавшего, что любить счастливую и великую Родину — дело не большое и любить ее надо тогда, когда она слаба, мала, унижена, глупа и, наконец, даже зла.

"Я ЛЮБЛЮ РОДИНУ. Я ЛЮБЛЮ СТРАНУ…»

«Мои тексты одушевлены одной большой любовью — любовью к Родине.Самое главное в моем творчестве — это ощущение родины», — говорил С. Есенин об основной теме своих текстов. Ведь именно тема любви к родине - России - красной нитью проходит через все творчество поэта. Поэт ставит домашнюю жизнь над жизнью в раю:

Если кричит святое воинство:
"Брось ты, Россия, живи в раю!"
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте мне мою страну!»

Родина у Есенина другая, образ ее противоречив, как противоречив русский национальный характер.С одной стороны, Россия — страна смирения и послушания. На страницах произведений Есенина воскресли образы нищих, богомольцев, монахов, являющихся живым воплощением покорности судьбе («За горами, за желтыми долинами...», «Калики», «Опять узорчатые... ", "Пойду к сердцу смиренным монахом..." и т.д.). Характерным признаком пейзажа раннего Есенина является церковь, а визитной карточкой церковной лексики являются слова «осанна», «трибуна», «алтарь», «мощи» и др.

Однако ранние произведения поэта обнаруживают неоднозначность его отношения к странникам и странникам.Так в стихотворении «Калики» есть пародия. Позже, у зрелого Есенина, тема смирения почти полностью исчезает. Его место занимает нить дерзости и хулиганства.

Начало «рева», «грабежа», по Есенину, тоже характерная черта России и русского народа. Тема «дерзости» и «хулиганства» наиболее ярко проявляется в таких произведениях, как «Хулиган», «Исповедь хулигана», сериале «Московский трактир».

"Хулиганские" стихи поэта имеют разные оттенки.Или говорит об этом с настоящей трагедией: «Ходит слава, что я развратник и дебошир», затем с легкой иронией: «Я хулиган, хулиган...», иногда в стихах поэта чувствуется эпатажно:

Вот что
Никого не уважаю
Золотую песню плету,
И иногда лицо в копоти.

«Блуждающие» мотивы в текстах поэта следует понимать в свете его общего восприятия действительности. По художественной концепции Есенина вор как человек стоит выше обычного торговца, заботящегося только о собственном благополучии.Вор живет «горя», а обыватель живет в постоянном страхе перед реальностью. Так и сам Есенин переоделся в «нищебродскую» одежду, чтобы «ярче гореть». Почувствовав, что может утонуть в болоте мещан, Есенин принялся «скандировать».

Еще одна черта России и русских — анархическое, стихийное начало. В таких произведениях, как «Песнь о еврейских коловратах», «Усы», «Марфа Посадница», Есенин поэтизирует русских свободных людей. Последнее стихотворение наиболее характерно в этом отношении.Он контрастирует с образами Марфы Посадницы и московского царя Ивана Грозного. Симпатии автора явно на стороне Марты. Правитель Новгорода, население города, восстает против самодержавной власти, защищая свободолюбивые союзы своих предков. Анархический порядок правления в Новгородском вече, представленный автором как идеал, противопоставляется в произведении, объединяющем устремления первого царя в истории России. В картине Марты все, по замыслу автора, должно подчеркивать красоту и величие:

Марта закинула правую ногу на крыльцо,
Левой рукой помахала марокканской пяткой.
Если бы это было так, - сказала она кротко, двигая черными бровями, -
Не ручьи-окропители росистых цветов...
……….. ………… ………. …………. ………..
Марта заговорит серебряным голосом…

Пока новгородский гонец, которому служат ангелы, общается с Богом, пишет ему письмо и получает ответ, «Московский царь вызывает антихриста» . Иван Грозный идет на сделку с Сатаной, продает ему свою душу. На бумаге, данной дьяволом, собственной кровью подписывает:

Царь ударил кинжалом по локоть,
Перекрестился и прижал руку к полу.

В конце произведения выражается вера в возможность исполнения завета св. Дерзкий вызов королю:

И пойдём, воины, ловить сокола,
Пошлем нечистоты с просьбой к королю:
Чтоб дал нам царь ответ в сей битве,
Чтоб не было освещать рассвет Новограда.

В Марфо-Посаднице Есенин выступает противником государственности и сторонником новгородской анархистской системы самоуправления.

Анархическое начало в творчестве Есенина наиболее сильно проявилось в его «революционных» стихах («Товарищ», «Пантократор», «Небесный барабанщик», «Октоих» и др.).). Он поет гимн стихии, разрушая старые устои и порядки. То, о чем мечтал Есенин в Марфой Посаднице, сбылось. Везде слышен «звон Волхова и пир Буслаева», во вселенском вихре «крутились Волга, Каспий и Дон». Этот поток, от которого неотделим поэт, призван подорвать и разрушить «мир эксплуатации массовых сил»:

Руками сотрясаем небо,
Руками сотрясаем тьму
И в тонком колос
Вдыхаем звездную траву.

Поэт видит в революционном вихре чудесного освободителя «умирающего человечества, к которому он простер руку… как прокаженный и сказал: «Возьми свою постель и иди». На развалинах старого мира рождается чудесным образом исцеленное человечество, уже не «в слепоте рождения». В напряжении ожидания светлого будущего, в изображении шествия преображающихся стихий и, наконец, в образах реализуемой на земле «вечной правды» Есенин максимально близок к одному из главных идеологов анархизма М. .Бакунин. Отчаянное богоборчество Есенина похоже на бакунинское. Бакунин утверждал, что Христос должен быть заключен в тюрьму как ленивый и бродяга. И вот Есенин грозит Богу «выдрать ему бороду» и «выплюнуть» тело Христово изо рта. Как известно, М. Бакунин видел в разрушении творчество, утверждая, что «радость разрушения есть и радость творчества». Достаточно прочитать «Инонию» Есенина, и становится понятно, что поэт мыслит теми же категориями. Он наслаждается возможностью опрокинуть и разрушить старый мир и получает удовольствие от разрушения:

Теперь на вершинах звезд
Я поднимаю тебя, земля!
…….. ………………
… Я весь воздух выпью…
…….. ………. ………
Снежные рожки на обоих столбах
Я кричу плоскогубцами.

Я прижму экватор коленом
И заплачу под бурей и вихрем.
Разрежь нашу матушку-землю пополам
Я сломаю ее, как золотой свиток.

Русская стихия становится предметом особого внимания поэта и в поэме «Пугачев». Герой этого произведения отмечает:

Кто может сказать, что распространяется?
Бродяги и ренегаты?
Это русские сходят с ума!

Это замечание смещает акцент с классового характера восстания на его общерусское значение.Это Пугачев имел в виду? Точнее, Есенин? Конечно, все та же «неразумная, непросвещенная и не поддающаяся просвещению», по выражению мыслителя и философа Н. Бердяева, стихия русской души.

Есенинский Пугачев утешает себя иллюзией, что ему удастся сдержать мятежников и контролировать мятеж («пусть он плывет по безводным степям, как корабль»), но терпит неудачу: он сам становится жертвой мятежа.

В другом стихотворении Есенина «Страна бродяг» представлен образ героя, называющего себя анархистом.Это бунтарь Нома.

... Я гражданин Вселенной,
Живу как хочу! -

Он заявляет, отправляя «к черту» состояние, «которое он бросил как напрасную мысль, потому что понял… что все это соглашение, соглашение животных разных мастей». Анархический протест Нома — это попытка бегства от реальности, вызов миру, обманувшему надежды человека на лучшую жизнь.

Мало того, что Номах в беде, через этот образ поэт показывает трагедию многих изуродованных революцией россиян.

Банды! Банды!
Всю страну, -
говорит герой
Куда ни глянь, куда ни пойдёшь
Видишь в космосе
На коне
И нет коней
Закалённые бандиты прыгают и ходят.
Все равно
Как я разочарован...

Писатель Есенина, тоже деревенский, писатель П. Орешин говорил, что "ни один поэт не показывал с такой убедительной силой русскую стихию".

Еще одна важнейшая черта России в восприятии С.Есенин – это религиозность русского народа. Однако необходимо подчеркнуть эту черту, отличавшую религиозность поэта и подавляющего большинства русской интеллигенции от православной веры. В христианстве Бог «над нами», в системе координат Есенина он «перед»: Царство Божие должно осуществиться не на небе, а в реальной земной жизни в будущем. Название этого земного рая может звучать по-разному: «социализм или рай», «инония», «крестьянский рай», но суть не меняется.К какому Богу молится человек: к тому, что «наверху» или к тому, что «перед нами», самый принцип, лежащий в основе всякой религии, остается одним и тем же: вера, иррациональный опыт человека. «Мы верим, — писал Есенин в «Ключах Марии», — что чудесное исцеление теперь породит в деревне еще более просветленное чувство новой жизни. Мы верим, что теперь пахарь пробьет окно не только забралом к ​​Богу, но и всем глазом размером с земной шар.

Однако роль певца, артиста, выразившего в своих произведениях наступление новых времен, не удовлетворяет Есенина.Мысли его идут дальше - поэт почти чувствует себя новым Мессией:

Я не боюсь смерти
Ни копья, ни дождевых стрел, -
Так говорит Библия
Пророк Есенин Сергей.

В обществе будущего Есенин стоит в авангарде искусства. Возрождение искусства — главная задача революции. «Люди должны научиться читать забытые знаки», — писал Есенин.

В будущем религиозные устремления поэта рухнут. На смену им придет разочарование жизнью и пессимизм.

Еще одной важной чертой прославленной Есениным страны является вера в мессианскую судьбу России.

Сама идея мессианства проистекает из огромности, огромности русских пространств. Государство, занимающее пятую часть суши, не может не играть решающей роли в жизни цивилизации, - конечно рассуждал Есенин, и его точка зрения была подготовлена ​​многочисленными предшественниками, сторонниками русской идеи, в том числе к ним можно отнести подавляющее большинство русских мыслителей. Вот что, например, Н.Бердяев: «Россия должна быть освободительницей народов. Эта миссия заложена в ее особом духе», «русская душа... вечно грустит из-за страданий людей и всего мира, и муки ее не знают удовлетворения» и т. д. Настал 10-й час. В «Поющем зове» , Есенин провозгласил: «Гори, звезда Востока». В «Книге сельских часов» он провозгласил Россию «писцом третьего завета». Не национально, а глобально, думал поэт: «Радуйтесь! Земля предстала как новая купель!..В яслях зародилось пламя за мир во всем мире!» Революция должна изменить не только российскую действительность, но она изменит жизнь во всем мире. Русский народ призван сыграть уникальную роль в изменяющейся мировой цивилизации. В то же время поэт отрицал какое-либо значение других народов в переустройстве земной жизни. Их «сынам не понять» «нашего северного чуда», считал Есенин. Он даже грозил

А я тебе Америка
Половина земли откололась, -
Бойся морей неверия!
Железный стартовый корабль!

Не дайте себя обмануть чугунной радугой
Нив и гранитными реками.
Только вода свободной Ладоги
Человек пробурит жизнь.

Опасность таких идей нельзя игнорировать. В конечном итоге они сводятся к тому, что один народ имеет право навязывать свою волю другому. А Есенин заявляет: русский «голод, холод и людоедство гораздо лучше «североевропейской жизни». «На Западе все остановилось, — говорит он. А раз так, то «только нашествие таких варваров, как мы, спасет и отстроит их».

Вера в русский мессианизм вытекала из горячей любви Есенина к своей стране и ее бескрайним просторам.Чувство любви поэта к родине настолько сильно, что распространяется даже на те стороны русской жизни, которые, может быть, и не следует любить. Так, в стихотворении «Ойчызно!» поэт заявлял: «Я люблю ваши пороки, пьянство и разбой…». А в произведении «Небо синее, красочный свод...» он писал:

Многие из вас, родина, с ликом
Сожжены и разлагаются в мокрых шахтах.
………. ……… ……….. ………
Только я верю: не дожить
Кто разлюбил твою тюрьму и твою тюрьму...
Вечная правда и шум лесов
Наслаждай душу под звон оков.

Есенин не делал разницы между мощью Родины и ее мнимыми преимуществами. Он вполне соглашался с точкой зрения В. Розанова, утверждавшего, что любить счастливую и великую родину — дело не большое и что любить ее надо тогда, когда она слаба, мала, унижена, глупа и даже зла.

Поэзия Есенина... Чудесный, прекрасный, неповторимый мир!.. Есенину было пятнадцать лет, когда он написал стихи: Где капустные грядки красной водой поливают на восходе, Маленький клен сосет зеленое вымя.

Основными темами текстов Есенина были: n природа n родина n дом n жизнь n тексты о любви

И вся эта сложная гамма чувств проникнута любовью к Родине, которая всегда мучила, томила и сжигала чистую душу поэта: Я люблю свою Родину, я очень люблю свою Родину! .

Были такие стихи, как: n «Любимая земля, сердце мое мечтает» n «Гой, ты моя Россия родная» n «Ты моя заброшенная земля» n «Эта улица мне известна».

Любимый край! Сердце мечтает о солнечных кучах в водах материнской утробы. Я хотел бы затеряться в зелени твоей бездушной. Вдоль границы, на пересечении улиц Резеда и Риза Каша. И вербы зовут на четки - смиренные монахини. Болото курит тучу, Пепел в небесном ярме. С молчаливой тайной кому-то я мысли в сердце носил. Я все встречаю, все принимаю, я счастлив и с радостью выношу свою душу. Я пришел на эту землю, чтобы покинуть ее как можно скорее.

Гой ты, Россия, милый мой, Чатый - в одеждах картины. . . Конца и края им не видно, Только голубые глаза сосут. Как заезжий паломник, я смотрю на ваши поля. И на низких опушках звенящих тополей они увядают. Пахнет яблоком и мёдом В церквах кроткий твой Спаситель. И гудит за деревом На лугах веселый танец. Я побегу по мятому стежку, Чтобы выпустить зеленый лех, Навстречу мне, как сережки, Звучит девичий смех. Если святое войско кричит: "Брось Русь, живи в раю!" Я скажу: «Рай не нужен, дай мне родину».п

Ты моя пустынная земля, ты моя земля, глушь, нескошенное сено, лес и монастырь. Избы волновались, а их было пять. Их крыши пенились на освещенной дорожке. Под соломенными стропилами ризы Выструги Ветер на солнце серой плесенью побрызгал. Вороны бьют в окна без промедления, Словно метель, черемуха машет рукавом. Не в прутике ли жизни твоей рассказали и быль, что вечером ковыль шептал путнику?

Эта улица мне знакома, И этот низкий дом знаком.Синие соломенные провода Наша печка как-то дико и странно перевернулась за окно. Воет в дождливую ночь. Были годы жестоких катастроф, Годы буйных, безумных сил. Я вспомнил свое деревенское детство, я вспомнил сельскую местность в голубом. Я не искал ни славы, ни покоя, я знаю суетность этой славы. И теперь, когда я закрываю глаза, все, что я вижу, это дом моих родителей. Я вижу сад в синих пятнах, спокойно ложусь на сетчатый забор. Они держат липы в своих зеленых лапах, птичье жужжание и чириканье.Я любил этот деревянный дом, Грозная морщина мелькала на шарах, Громкий голос и пронзительный всхлип, Как кто-то мертвый, живой. Что он увидел, кирпичный верблюд, В вой дождя? Видно, что он видел далекие страны, Мечту о другом и цветущем времени, золотые пески Афганистана и стеклянный туман Бухары. О, я знаю эти страны, я сам проделал там долгий путь. Теперь я хотел бы повернуться ближе к моей родине. Но то чувство мечты ушло, Всё рассыпалось в синем дыму. Мир тебе - полевая солома, Мир тебе - деревянный дом!

Большинство поэтов «Серебряного века» поднимают в своих произведениях тему любви к Родине.Начало ХХ века – время борьбы старого и нового, время великих поворотов в истории России. И, конечно же, Сергей Есенин и Александр Блок не могли оставаться равнодушными к судьбе своей страны.

Уже в ранних стихах этих поэтов мы видим, насколько сильна их любовь к русской природе, к своей родине. Природа и родина неразделимы в их творчестве.

Своеобразие стихов Есенина в том, что они передают ощущение единения человека с окружающим миром. Россия пришлась Есенину в сердце с ранних лет.И огонь зари, плеск волн, серебристая луна, шелест камыша, огромная синева неба и синева озер - с годами вся красота родины сложена в полные любви стихи. для Русской земли.

О Русь - малиновое поле

И синева, упавшая в реку -

Люблю до радости и до боли

Твою тоску по озеру.

Таким же неиссякаемым чувством любви наполнено оригинальное произведение А. Блока.Поэт восхищается в своих стихах русской природой, преклоняется перед ее красотой, необыкновенным очарованием и простотой одновременно:

... подробнее леса, поляны,

I проселочные дороги и шоссе,

Наша русская дорога

Наши русские туманы

Наш шелест овсом...

Блок говорит о единственном, что спасает его в это трудное время, что выводит его из "ненавистного круга бытия" который вселяет мир и покой в ​​его душу.

В произведениях Блока мы чувствуем его любовь к русскому народу и гордость за него, мы понимаем, как Блок искренне переживает за судьбу терпеливого русского народа:

Сердце земное вновь замирает,

Но Я встречаю холод в груди.

Я держусь за людей в пустыне

Несбывшаяся любовь.

Нечто подобное можно найти в стихах Есенина. С раннего детства он был привязан к деревне, к простому русскому народу.Для меня стихи Есенина — пример безграничной преданности Родине: в трудные исторические времена Есенин не оставил Родину, приняв Октябрьскую революцию. В своих стихах он сравнивал это время с бурей, с ветром, который сеял панику по всему миру, уничтожая все на своем пути:

Черные вороны звали:

Страшная беда в широком диапазоне.

Ветер лесной гуляет во все стороны,

Волны накрывают пену с озер.

Не только Есенин сравнивает эти страшные времена с бурей, ветром. Те же чувства отразились в стихотворении Блока «Дванасье».

В стихотворении "Двенадцать" собраны все основные темы поэзии Блока. Блок относится к революционным событиям амбивалентно: с одной стороны, это страшный «черный ветер», сметающий все старое, с другой стороны, это ветер, несущий перемены, новую жизнь и надежду:

Черный ветер.

Белоснежка.

Ветер, ветер!

Ты не стоишь на ногах.

Ветер, ветер -

По всему божьему миру. 90 405

.

Смотрите также